Прямое видение естественного состояния

Великое Совершенство: прямое видение естественного состояния

Важные инструкции для начинающих

Ригдзин Джигме Лингпа

Я воздаю хвалу самоосвобождённой основе Великого Совершенства —

Без всякого представления о почтении.

Благослови узреть прямо сейчас

Самоосознающее ригпа, свободное от понятий —

Подлинное Лицо Великого Совершенства!

То, что мы называем «естественным, ничем не исправленным состоянием ума, свободным и свежим», – есть именно это — врождённая, ясная и спонтанная осознанность, которая никогда не покидает нас, будь мы в бодрствовании, едим, спим или идём. Когда ты просто помнишь об этом — не теряя непрерывности, такое памятование называется «медитацией». Однако, пока твой ум всё ещё омрачён неведением завес, препятствующих всеведению, не может возникнуть состояние трёх единств — блаженства, ясности и отсутствия мыслей, которое полностью свободно от смешивания с концепциями.

Тем не менее, если ты удерживаешь это простое, неискусственное узнавание собственной природы — без усилия, без отвлечения, без стремления что-то особое пережить — тогда в определённый момент естественным образом раскроется истина, свободная от всех построений, истина запредельная словам и примерам.

Новички иногда могут обнаружить, что привычное обилие нездоровых мыслей может привести к тому, что их памятование отвлекается и теряет устойчивость. Но затем, в какой-то момент, памятование внезапно проясняется, и возникает сожаление: «Ах, я ведь отвлекся!» В такие мгновения не нужно делать ничего особенного — ни пытаться отсечь предыдущие мысли, ни сожалеть о рассеянности. Просто позволь ясному памятованию установиться в собственном месте покоя, без попытки что-то менять. Если пребывать уравновешенно в потоке ригпа, то, не отбрасывая возникающие мысли и не вовлекаясь в них, следует знать, что все мысли — проявления ясного света Дхармакаи.

Хотя на этом этапе сила прозрения ещё не совершенна, если практиковать подобным образом, то со временем естественным образом обнаружится, что все возникающие мысли и все состояния ума, будь они грубыми или тонкими, равны по своей сущности, свободны и неотделимы от осознавания.

Поэтому, когда в начале практики появляется мысль, вместо того чтобы анализировать, размышлять или исследовать её, следует распознать саму природу мышления. Подобно тому как взрослый человек, наблюдая игру детей, не вмешивается и не осуждает их, так же и здесь не нужно ничего оценивать или исправлять. Не пытайся ничего анализировать или понимать, не ищи истины и не отвергай заблуждения — просто будь в покое того, что уже есть.

Если ты сумеешь приучиться к этому спокойно и устойчиво, то в какой-то момент мысли, возникающие во время медитации, перестанут отвлекать — они растворятся в равновесии и естественном освобождении. Это и есть момент, когда сами мысли распознаются как проявление Дхармакаи — и через это узнавание обретается освобождение.

Если ты привыкнешь к этому постепенно и спокойно, то в какой-то момент мысли, возникающие во время медитации, больше не будут отвлекать. Они будут всплывать и растворяться в равновесии покоя и движения — естественно, без усилия, словно волны, возвращающиеся в океан. В этот миг узнается, что сами мысли суть проявление Дхармакаи, и через это узнавание ум обретает освобождение.

Когда мысли сами распознаются как проявления Дхармакаи, они естественным образом освобождаются. Понимание этого — не нечто абстрактное: оно возникает поэтапно под руководством подлинного наставника, который сам реализовал непрерывную передачу Великого Совершенства. Это важнейшее различие между воззрением Дзогчен и другими путями, где мысли исследуются умом рассудочным. В Махаяне и иных подходах мысль подвергается анализу — здесь же она узнаётся как изначально свободная. В этом содержится величайшая суть, которая отличается от воззрения других путей, где Дхармакая постигается через концептуальное мышление и рассуждение.

Это — сокровенное воззрение устной передачи, не общее с другими путями. Поэтому даже те, кто достигают высших уровней медитации в других учениях, часто остаются в плену тончайших представлений и не приходят к естественной свободе.

Когда исчезают все противоположности — принятие и отвержение, достижение и отказ и т.д., — и ты постигаешь нераздельность покоя и движения, подобную безоблачному небу, тогда медитирующий и объект медитации, памятование и осознанность — всё растворяется само собой. Ум становится открытым и чистым, как пространство; сомнения, колебания, различения истинного и ложного саморастворяются в своей природе. Когда это происходит без усилия, сияющая осознанность, не связанная с какими-либо концепциями, простирается безмерно, как бескрайнее небо. Это и есть прямое постижение истины Будды, превосходящее путь размышлений и анализа, — момент, когда прекращается скитание по трём мирам.

Даже если ты распознал изначально чистое естественное состояние как оно есть, пока не развита устойчивая уверенность, ты не достиг трёх чистых основ — и потому есть опасность отклонения от пути. Чтобы очистить завесу к всеведению, опирайся на уединение, укрепи практику до прочности кости, и с неослабным усердием пребывай в непрерывном узнающем осознавании.

В тантрах и сущностных наставлениях махамудры и Великого Совершенства не излагаются какие-либо этапы пути, превосходящие это естественное освобождение, достигаемое посредством единого решающего узнавания ригпа.

В прежние времена великие бодхисаттвы, обретшие реализацию, благодаря милости учения, раскрывали в себе могущественную силу ригпа, достигшую совершенства, — и, созерцая это, называли его «единым устремлением», «свободой от усложнений» и «единым вкусом без медитации», — лишь присваивая имена трём уровням — высшему, среднему и низшему — как образам для понимания пути.

В прежние времена великие бодхисаттвы, достигшие реализации, по милости Учения раскрыли в себе совершенство великой силы осознавания — ригпа. Созерцая это, они именовали своё постижение «единым устремлением», «свободой от усложнений» и «единым вкусом без медитации», лишь условно обозначая ими три уровня — высший, средний и низший, — как образы, помогающие понять путь.

Позднее, в последующие эпохи, многие, не понимая подлинного замысла естественного состояния, исказили смысл «свободы от усложнений». Оперевшись на привычки концептуального ума, они денно и нощно занимались медитацией без подлинного содержания, стремясь к покою и блаженству, и даже создавая «безмыслие» из собственных мыслей. Так они впали в ошибочную практику и растратили впустую три аспекта мудрости — слушание, размышление и медитацию.

В связи с этим вам необходимо твёрдое понимание высшей основы освобождения и состояния освобождения, характеризующегося шестью особыми качествами реализации Самантабхадры, поскольку они являются отличительными чертами Тайной Сердечной Сущности Дзогчен. Чтобы понять эти основополагающие моменты, вам придётся открыть тайную сокровищницу Всеведущего Лонгченпы. И благодаря этому в будущих поколениях появится преемственность истинных йогинов и йогинь, получивших передачу этой линии ума мудрости.

Таковы мои слова — устное наставление, произнесённое Лонгчен Намкхай Налджором, йогином безбрежного пространства, чьё сознание простирается за пределы ограничений.

Проявления нерождены, осознавание (ригпа) — изначально свободно.

Постижение — чистое сияние, а единство — лишь наименование.

Всеохватывающая осознанность, не созданная и естественная.

Всё, что возникает прямо перед взором, освобождается само — ясно и без остатка.

В истинном воззрении Дзогчен нет падения в крайности.

Явление и пустота, их единство — лишь имена, лишь звуки, лишь обозначения.

А хо! В изначальной свободе от всяких умопостроений нет ничего, что следовало бы взращивать медитацией.

Непоколебимая уверенность — как ваджрный трон, неизменна.

Белый шатёр осознанности — защита от страхов сансары.

Несотворённый союз осознавания и пустоты — цветок естественного самоосвобождения.

А хо! Изначальные проявления ума — что бы ни было им подобно, оно покоится в блаженстве.

Йога Великого Совершенства — за пределами воззрения и медитации.

Это чистое, неконцептуальное сияние ригпа, достигшее высшей меры деяний Победоносных.

Когда ум безмятежно отдыхает проявления и осознанность играют [как волны на воде] — без усилия в нераздельности.

Постижение, освобождение, внутреннее переживание и практика — в своём завершении оказываются не чем-то иным, а самой природой ума.

Когда шаги [ног] метода и мудрости сделаны и завершены,

Когда усилия смыты в в истинном лоне горного уединения,

Тогда, в убежище скал, пребываешь в состоянии, свободном от концепций.

Именно там небесный йогин встретил Лонгченпу,

И тогда опыт и осознание естественным образом вспыхнули, как эта песня реализации.

В изначальном сиянии нет ни счастья, ни страдания, ни приятия, ни отвержения.

Всё, что видится в пещере иллюзорных явлений, — лишь игра осознанности и пустоты.

Всё растворилось в совершенстве равенства — в безграничном просторе ума Самантабхадры.

Я встретил царство Дхармакаи, безграничное, как небо.

Здесь собрались благие спутники — мужское и женское, мудрость и метод, в совершенном союзе.

И в осознании пустоты, где нет ни привязанности, ни цепляния, сансара и нирвана пребывают в единстве.

Поддерживая естественную, свободную природу безграничного пространства,

Я освобождаюсь через пребывание в равенстве — в пространстве изначальной основы.

Так была исполнена эта ваджрная песнь, подобная миражу, — спонтанное проявление осознанности.

Источник

• Тибетский оригинал
• Английский перевод