Гандавьюха-сутра

Текст 44-45: Глава 45: Гандавьюха-сутра Тиб.: སྡོང་པོས་བརྒྱན་པ། · sdong pos brgyan pa Санскит: Gaṇḍa­vyūha Деге Кангьюр 965 стр.

Краткое содержание

В этой длинной заключительной главе Аватамсака-сутры, в то время как Будда Шакьямуни медитирует в Шравасти, Манджушри отправляется в Южную Индию, где встречает молодого мирянина Судхану и поручает ему отправиться к некоему кальянамитре или «хорошему другу», который затем направляет Судхану к другому такому другу. Таким образом, Судхана последовательно встречается и получает учения от пятидесяти кальянамитр — мужчин и женщин, детей и взрослых, людей и божеств, монахов и мирян, включая ночных богинь, окружающих Будду, а также жену и мать Будды. Последними тремя в преемственности кальянамитр являются три бодхисаттвы Майтрея, Манджушри и Самантабхадра. Сутра завершается чтением Самантабхадрой «Самантабхадрачарьяпранидханы» («Молитва об устремлении благого совершенного поведения»).

Введение

Гандхавьюха — уникальная сутра, поскольку большая часть повествования происходит в Южной Индии, вдали от присутствия Будды. В ней описывается путешествие молодого Судханы от учителя к учителю, или кальянамитре (буквально «добродетельный друг»), начиная с его встречи с Манджушри, когда этот бодхисаттва прибыл в Южную Индию. Еще одной уникальной характеристикой является то, что учителями Судханы являются дети, небуддисты, куртизанка, торговцы и так далее, среди них несколько женщин. Его учителями являются как люди, так и божества, включая восемь ночных богинь вокруг дерева Бодхи и лесную богиню Лумбини, места рождения Будды. Эти учителя часто описываются как получившие учения от множества других будд. Например, бхикшу Сагарамегха описывает, как он получил от будды, явившегося из океана, учения, на запись которых ушла бы не одна кальпа. Кальянамитры описываются как обладающие постижениями и чудесными силами, превосходящими пределы воображения.

Гандавьюха образует сорок пятую и последнюю главу Буддхаватамсаки (Множество Будд) Сутры, где она называется «главой», а не «сутрой». Согласно колофону Деге, предыдущие сорок четыре главы образуют шесть разделов, или сутр, Аватамсаки, с Гандавьюхой в качестве седьмой сутры. В своем обзоре основных сутр шестнадцатого века Пекар Зангпо (pad dkar bzang po) делит первую группу глав на две, так что Гандавьюха является восьмым разделом Буддхаватамсаки. Гандавьюха — один из четырех разделов, состоящих из одной сутры, но это, безусловно, самая длинная сутра или глава, охватывающая около трети Аватамсака-сутры.

В «Буддхаватамсаке-сутре» Будда Шакьямуни ни разу не говорит: все поучения в сорока пяти главах «Аватамсаки» передаются другими. В первых сорока четырёх главах, или сутрах, это делается в присутствии Будды. «Гандавьюха» уникальна тем, что большая часть этой длинной главы происходит вдали от его присутствия, а другие будды представлены как источники учений, полученных кальянамитрами которыми встречается Судхана. Однако в предыдущих главах «Аватамсаки» уже высказывалась точка зрения, что различные будды являются проявлениями Будды Вайрочаны, и именно под именем Вайрочана Шакьямуни упоминается в этой сутре.

Предыдущие сорок четыре главы Аватамсака-сутры происходят в течение двух недель после просветления Будды, в это время он сидит в тишине под деревом Бодхи, но одновременно присутствует, все еще пребывая в безмолвной медитации, в других местах нашей вселенной: на небесах Траястримша Индры на вершине Сумеру, на небесах Ямы и Тушиты высоко над Сумеру и в высшем раю в сфере желаний — раю Паранирмитавашавартин. Бодхисаттвы собираются вокруг него, вдохновленные его присутствием, чтобы дать такие учения, как Дашабхумика-сутра (Десять бхуми), которой учит бодхисаттва Ваджрагарбха на небесах Паранирмитавашавартин. Сутра «Дашабхумика» оказала огромное влияние на развитие буддизма, затмив предыдущие семь бхуми сутр «Праджняпарамита» («Совершенство мудрости»).

Гандавьюха, с другой стороны, начинается с Будды, находящегося в безмолвной медитации в своем монастыре Джетавана в Шравасти, где он проводил большую часть своих летних ретритов. Вокруг него собрались человеческие ученики вместе со множеством бодхисаттв, которых его человеческие ученики недостаточно развиты, чтобы воспринять. Пока Будда сидит в безмолвии в медитации, бодхисаттва Самантабхадра даёт учение собравшимся бодхисаттвам. Бодхисаттва Манджушри покидает собрание и отправляется в Южную Индию, и, вместо того, чтобы продолжать описывать события и учения в присутствии Будды, сутра следует за Манджушри в Южную Индию, где он встречает Судхану, и затем повествование следует за Судханой до конца длинной сутры. Хотя начало сутры установлено в более позднее время, чем просветление Будды, далее, в главах о богине ночи, Будда изображен присутствующим под деревом Бодхи. Есть и другие временные аномалии: бодхисаттва Майтрейя в главе, где Судхана встречает его, изображен как находящийся на земле и еще не ушедший из жизни, чтобы переродиться в Тушите, хотя в главе о Маядеви, как обычно говорится в других буддийских источниках, он уже присутствует в Тушите. Маядеви, мать Будды, является Судхане в Капилавасту, родном городе Будды, хотя традиционно говорится, что она скончалась вскоре после рождения Будды и переродилась как мужское божество в раю Траястримша.

Сутра в основном описывает (в виде последовательных длинных санскритских стихов) как внутренние качества, так и внешние проявления чудесных сил, обретённых различными кальянамитрами, которых встречает Судхана. Сутра завершается сочинением бодхисаттвой Самантабхадрой «Самантабхадрачарьяпранидханы» («Молитва об устремлении благого совершенного поведения»), которую регулярно читают современные тибетские буддисты.

Индийские истоки сутры

Сутры Махаяны впервые появились в форме откровений после того, как сложилась традиция письменных сутр. Эти сутры встречались в различных буддийских традициях и в разных местах. Источники Махаяны демонстрируют доктринальное сходство с традицией Махасангхики. Махасангхика была особенно распространена на юго-западе Индии, и значительное число сутр Махаяны имеет признаки южноиндийского происхождения, включая мимолетные упоминания южноиндийской музыки или, если взять в качестве примера « Самадхираджа-сутру», выдающегося южноиндийского персонажа, в данном случае риши Ананту. Аналогичным образом, большая часть Гандавьюха-сутры происходит в Южной Индии, где описываются учителя, которые, по-видимому, действуют независимо от буддийских общин на севере. Дуглас Осто вторит Кобаду Афшару, предполагая, что Дханьякара, упомянутая в «Гандавьюхе», на самом деле — это Дханьякатака/Дхараникота, древний город, существовавший на берегах реки Кришна в южном регионе Андхра. Афшар и Осто полагают, что именно в этом месте, вероятно, и была впервые составлена «Гандавьюха».

Что касается языка, санскрит Гандавьюха-сутры содержит множество неклассических особенностей и лексики буддийского гибридного санскрита (BHS). Это особенно касается стихов, которые менее подвержены пересмотру под классический санскрит, чем проза. Часто бывает, что стихи в сутре старше сопровождающей их прозы или, по крайней мере, сохраняют изначальную форму языка, на котором была написана сутра. В Гандавьюхе для именительного падежа отдается предпочтение окончанию -u , тогда как на санскрите это было бы -a, на древнем северо-восточном диалекте -e и на северо-западном -o (и его продолжении в пали). Разница между этими двумя видами санскрита неочевидна ни в тибетском, ни в английском переводах.

Что касается относительной хронологии Гандавьюхи, глава 41 содержит ясную ссылку на Сатьяка-сутру ( официально известную как Учение о чудесном проявлении множества методов в сфере деятельности бодхисаттв), в которой описывается джайнский учитель по имени Сатьяка, дающий советы царю по вопросам правления и в конечном итоге раскрываемый Буддой как бодхисаттва, принимающий различные облики ради принесения пользы существам. Сатьяка - сутра кратко излагает точку зрения единой яны, изложенную в Лотосовой сутре, но она идет дальше, утверждая, что все религиозные традиции в Индии возникают благодаря благословению Будды и поэтому входят в единую яну. Этот взгляд на Сатьяка-сутру имеет решающее значение для понимания одного из удивительных элементов в Гандавьюха-сутре — некоторые из учителей Судханы, похоже, не следуют буддийскому пути. Есть Риши Бхишмоттараниргхоша, который обучает молодых брахманов; и Джайошмаятана, который следует небуддийской аскетической практике «пяти жаров» (сидения среди четырёх огней под полуденным солнцем); и есть даже Махадева, также известный как Шива. Поэтому, с точки зрения преемственности сутр, похоже, что Гандавьюха датируется позже и Лотосовой сутры (хотя и не обязательно её более поздних глав), и Сатьяка-сутры.

Изображение бодхисаттвы Авалокитешвары в Гандавьюхе удивительно тем, что он представлен как, по-видимому, человеческий гуру, живущий на горе Поталака в Южной Индии, без упоминания о его связи с чистым царством Амитабхи Сукхавати, где его помещают более ранние сутры. Гора Поталака была важным местом паломничества как для буддистов, так и для шиваитов Южной Индии, как обитель как Шивы, который был известен как Локешвара (Владыка Мира), так и Авалокитешвары. Эта земная обитель Авалокитешвары, в Тибете известная как гора Потала, станет видной в тибетском и китайском буддизме, о чем свидетельствуют дворец Потала в Лхасе и остров гора Путо в Китае.

«Гандавьюха-сутра» первоначально существовала в Индии как самостоятельная сутра и до сих пор существует как самостоятельная сутра в санскритских рукописях. Последующие китайские переводы показывают постепенное расширение содержания сутры: в индийской версии, прежде чем она была переведена на тибетский язык, имена учителей постепенно увеличивались. Тем не менее, число кальянамитр, встреченных Судханой, всё ещё меньше, чем число, которое Майтрейя , по словам, приводимым в конце сутры, встречал Судхана во время своих путешествий – 110.

Существовала индийская версия, более длинная, чем та, что была переведена на тибетский язык, хотя ни одна санскритская рукопись этой версии не сохранилась. Она известна только по версии, отправленной в Китай царём Ориссы, который передал копию китайскому императору в 795 году. Эта версия была переведена кашмирским монахом Праджней в 798 году, за два или три десятилетия до тибетского перевода. Китайские переводы также указывают на то, что у Гандавьюхи в VII веке было другое название, которое можно реконструировать из китайского 入法界品 (Ru fa jie pin) как Dharmadhātupraveśana (Вхождение в Царство Дхармы).

Более ранние версии завершались главой Майтреи. Главы Манджушри и Самантабхадры были добавлены впоследствии, и, наконец, «Молитва о совершенно хорошем поведении» из шестидесяти двух стихов, которая продолжает существовать как независимый текст, была добавлена как заключение сутры. Эта молитва была переведена на китайский язык в сорокачетырехстиховой версии Буддабхадрой в начале пятого века. Китайский перевод молитвы Амогхаваджры (705–774) восьмого века содержит шестьдесят два стиха из-за добавления пятнадцати стихов об Амитабхе . Эта более длинная версия появилась как заключение Буддхаватамсаки в переводе на китайский язык, сделанном в 798 году, и в переводе на тибетский язык в начале девятого века. «Молитва об устремлении благого совершенного поведения», особенно её первые двенадцать стихов, регулярно читается в тибетском буддизме, а также существует отдельно в Кангьюре с дополнительным заключительным стихом.

Санскритских рукописей «Гандавьюхи» первого тысячелетия до нашей эры не сохранилось, но существует полный санскритский текст, датируемый 1166 годом н. э., на триста лет позже тибетского перевода. Он состоит из 289 страниц на пальмовых листах и был отправлен из Непала в Королевское азиатское общество в Лондоне Брайаном Хоутоном Ходжсоном (1800–1894) в начале XIX века. Включённый в каталог как Hodgson 2 (A), это самый ранний из сохранившихся санскритских манускриптов «Гандавьюхи». Санскритская буддийская традиция продолжилась в Непале, где «Гандавьюха» остаётся одним из девяти центральных произведений неварского буддизма.

Гандавьюха-сутра в Китае

Гандавьюха-сутра была впервые переведена на китайский язык как самостоятельный текст монахом по имени Шэнцзянь где-то между 388 и 408 годами н. э.. В этом переводе всего двадцать пять кальянамитр. По сравнению с сохранившейся санскритской версией, первые девять кальянамитр после Манджушри и те, что после тридцать четвёртой, отсутствуют. Следовательно, это может быть незаконченный перевод, более ранняя версия сутры, или и то, и другое.

Вскоре после этого, в 420 году, Буддабхадра (359–429 гг. н. э .), индийский монах, переселившийся в Китай, вместе со своей командой перевел всю «Буддхаватамсака-сутру», которая в то время состояла из тридцати четырех глав с «Га́ндавьюха-сутрой» в качестве заключительной главы. Перевод Буддабхадры содержит не только дополнительные главы по сравнению с переводом Шэнцзяня, но также дополнительные стихи и отрывки внутри глав.

Интересно, что индийский монах Парамартха (499–569 гг. н. э. ), чей расцвет произошёл вскоре после Буддабхадры, называет Буддхаватамсаку Бодхисаттвапитакой («корзиной» или «собранием учений для бодхисаттв»). Это подтверждается копией этой сутры, найденной в пещерах Могао в Дуньхуане, которая носит название Бодхисаттвапитака Буддхаватамсака. Хотя в доступном в настоящее время санскрите нет названия Бодхисаттвапитака, в тибетских колофонах это обозначение присутствует, хотя его смысл меняется в зависимости от грамматики конкретного колофона, что может указывать на то, что среди тибетских учёных существовала некоторая путаница в отношении значения этого термина.

«Буддхаватамсака» ещё больше выросла в объёме к моменту её перевода на китайский язык под руководством хотанцев Шикшананды (于闐國實叉難陀, 652–710 гг. н. э .). Это было сделано между 695 и 699 гг. н. э. и имело дополнительные пять глав, при этом «Гандавьюха-сутра» всё ещё занимает последнее место в качестве тридцать девятой главы. Перевод «Гандавьюхи» в этой версии мало отличается от перевода «Буддхабхадры», за несколькими исключениями: были добавлены последние два стиха раздела «Вештхила», гора Авалокитешвары теперь называется Поталака, а не Прабха, а в заключительном разделе появляется короткий стих-приветствие.

Перевод «Буддхаватамсаки» Шикшананды стал основой для школы Хуаянь китайского буддизма, причем «хуаянь» — это китайский перевод слова «аватамсака» как «цветочная гирлянда», и именно версия Шикшананды была переведена Томасом Клири на английский язык как «Сутра Цветочного Узора». На китайском языке Шикшананды название «Гандавьюха-сутры» было 入法界品 (Ru fa jie pin), что могло произойти от санскритского «Дхармадхатуправешанапариварта» и на английский язык может быть переведено как «Глава о вступлении в царство Дхармы». Томас Клири перевёл это как «Вхождение в Царство Реальности», Дуглас Осто — как «Вхождение в Царство Дхармы», а Патрик Карре — как «l'Entrée dans la dimension absolue» («Вхождение в Абсолютное Измерение»). Термин «дхармадхатуправешана» встречается в тексте, например, в стихе 44 главы 1.

Существует более длинная версия «Гандавьюха-сутры», переведённая на китайский язык как самостоятельная сутра в 798 году кашмирским монахом Праджней. Это был первый китайский перевод, включавший «Молитва об устремлении благого совершенного поведения». Перевод Праджни был основан на санскритской рукописи, которую царь Ориссы послал в дар китайскому императору, получившему её в 795 году. Дополнения к версии Праджни не встречаются ни в одном сохранившемся санскритском издании, а также в тибетском переводе начала IX века, сделанном всего через несколько десятилетий после перевода Праджни. В переводе Праджни Гандавьюха-сутра называется «Обет относительно пути поведения Самантабхадры и вхождения в область непостижимого освобождения» (入不思議解脫境界普賢行願品, Ru bu si yi jie tuo jing jie, pu xian xing yuan pin), который можно реконструировать на санскрите как Acintyavimokṣagocarapraveśanasamantabhadracaryāpranidhāna).

Как уже упоминалось, «Буддхаватамсака сутра» стала основой для китайской школы буддизма Хуаянь. Ли Тунсюань (635–730 гг . н. э .) оказал особое влияние на распространение этой традиции и написал комментарий (華嚴論, Huayan lun) к «Буддхаватамсака сутре», в котором он выявил более глубокую структуру и смысл повествования Гандавьюхи; эта часть комментария Ли Тунсюаня была переведена на французский язык Патриком Карре. Ли также составил краткое содержание этого комментария и поглавный синопсис самой «Буддхаватамсака сутры». Эта традиция распространилась в Корее и Японии, где она стала соответственно школами буддизма Хваом и Кэгон.

Гандавьюха и Боробудур

Гандавьюха-сутра, и в частности её глава Майтрея, послужили источником вдохновения для, пожалуй, величайшего буддийского памятника, когда-либо построенного: Боробудура в Индонезии. Он был построен в IX веке буддийскими царями династии Шайлендра на Яве. Массивное сооружение имеет ряд окружающих террас, на которых размещены 504 статуи и 2672 резные панели. Верхние террасы, третья и четвёртая галереи, полностью посвящены Гандавьюхе, с 460 панелями, иллюстрирующими сутру. Из них, по-видимому, 218 панелей посвящены главе Майтреи, и из них двадцать посвящены описанию кутагары Майтреи, а тридцать пять — различным проявлениям Майтреи. Фактически, 334 панели посвящены заключению Гандавьюхи: Майтрее, краткому возвращению к Манджушри, Самантабхадре и «Молитве о благом поведении». Это отражает важность Гандавьюхи и, в частности, кутагары Майтреи — здания, воплощающего просветление — для строителей Боробудура, которые также пытались создать здание, воплощающее просветление.

Хотя количество рассказов о встречах Судханы с кальянамитрами росло в последующих редакциях, они не достигли числа, указанного в самой сутре в главе 54, где Майтрея утверждает, что Судхана после своей первой встречи с Манджушри посетил 110 кальянамитр. Возможно, в соответствии с этим утверждением, в Боробудуре есть такое количество панелей, посвящённых иллюстрации этой части Гандавьюхи, но даже в этом случае он не представляет 110 кальянамитр а вместо этого повторяет иллюстрации некоторых визитов, в дополнение к изображению путешествий Судханы и описанию случаев из прошлых жизней кальянамитр.

Гандавьюха-сутра в Тибете

«Буддхаватамсака» в переводе на тибетский язык состоит из сорока пяти глав и 115 разделов, причём «Гандавьюха-сутра» по-прежнему занимает последнее место в этом разделе. Согласно «Деге Кангьюру», вся «Буддхаватамсака-сутра» , включая «Гандавьюху», была переведена на тибетский язык Еше Дэ, Джинамитрой и Сурендрабодхи, что, вероятно, относится к периоду правления царя Сеналека (ок. 800/804–815 гг.) или царя Ралпачена (ок . 815–836 гг.). Еше Дэ и Джинамитра работали в монастыре Самье со времён правления царя Трисонга Децена (742–798 гг.), но Сурендрабодхи, по всей видимости, прибыл в Тибет после того, как Сеналек, младший сын Трисонга Децена, стал царём. Сеналеку, в свою очередь, наследовал его сын Ралпачен, конец правления которого также ознаменовал собой конец переводов, спонсируемых государством. Следовательно, этот перевод, по всей видимости, был выполнен где-то между 800 и 836 годами, но он может включать в себя и более ранние переводы, особенно в случае «Гандавьюхи».

К моменту перевода сутры на тибетский язык в начале IX века количество глав в «Аватамсака-сутре» увеличилось с тридцати девяти до сорока пяти. Однако это связано прежде всего с разделением китайской главы 5 на главы с 5 по 9, с некоторыми дополнительными материалами, а также с дополнительными главами 11 и 32. Этот тибетский перевод даёт самое раннее указание на то, когда сорок пятая глава получила название «Гандавьюха».

По словам Таши Вангчука, написавшего колофон к изданию Деге XVIII века, а также по словам историка Нгорчена Кончока Лхундрупа (1497–1557), «Буддхаватамсака» состоит из семи сутр или разделов, в то время как Пекар Зангпо делит первый из них на два, в результате чего получается восемь разделов.

В то время как китайская версия «Буддхаватамсаки» сохранила традиционное начало «Гандавьюха-сутры» как самостоятельной сутры, начинающееся со слов «Так я слышал…» и так далее, в версии, переведенной на тибетский язык, оно опущено, как и в сохранившихся санскритских версиях.

Гандавьюха-сутра, которая в тибетском языке неоднозначно интерпретируется как «Сутра массива стеблей», является сорок пятой и последней главой в тибетской версии Буддхаватамсака-сутры, которая состоит из четырех томов, как найдено в Деге Кангьюре. Эта глава, безусловно, самая длинная, она начинается в середине третьего тома и занимает весь четвертый том Буддхаватамсаки. Она состоит из 72 из 115 разделов, составляющих всю сутру, начиная с раздела 44 (двадцать четвертого в томе Ga). Разделы относятся к пачкам страниц в оригинальных санскритских рукописях, обычно соединенных через два отверстия в центре каждой страницы. В этом переводе начало раздела просто обозначается буквой B (от тибетского слова bam po, означающего раздел: «раздел») и цифрой, например, [B24].

Качество тибетского перевода отличается от остальной части «Буддхаватамсаки» либо из-за ошибок переписчиков, либо из-за выбора переводчика. Тибетский перевод имеет особенности, не свойственные остальным частям «Аватамсаки». Например, в нём сохранено архаичное написание слов «myi» и «myed» вместо «mi» и «med». Этот перевод менее надёжен, чем обычно, поскольку содержит частые, возможно, непреднамеренные пропуски и опечатки, которые, должно быть, допущены на ранних этапах передачи переписчиками, поскольку некоторые из этих ошибок в сутре встречаются во всех Кангьюрах.

Он также демонстрирует определенную особенность перевода, поскольку термины могут не соответствовать тому, что установлено в Махавьютпатти (bye brag tu rtogs par byed chen po) и Мадхьявьютпатти (sgra sbyor bam po gnyis pa), санскритско-тибетские словари начала IX века, созданные в рамках того же спонсируемого государством переводческого проекта, ответственного за перевод этой сутры. Например, слово vyūha часто переводится как rgyan («украшение») вместо bkod pa («массив»), даже в названии сутры, несмотря на то, что в тибетском языке оно обычно известно как sdong po bkod pa. Эти и другие варианты названия упоминаются в редакционном колофоне «Аватамсаки » в «Деге Кангьюре» (ок. XX века).

Согласно этому колофону, это издание «Аватамсаки» было подготовлено в 1722 году. Это было за восемь лет до того, как восьмой Тай Ситупа Чокьи Джунгне (1700–1774) начал свою работу в качестве главного редактора «Деге Кангьюра». В своём рассказе о создании Кангьюра он пишет: «Я начал в год Железной Собаки», то есть в 1730 году, а резьба и печать ксилографий «Деге» начались только в 1737 году и были завершены в 1744 году. Тем не менее, оно было выполнено под руководством короля Деге Тенпы Церинга (1678–1738), как и весь «Деге Кангьюр», и, следовательно, может быть более ранним изданием, которое Ситу включил в своё издание «Кангьюра». В колофоне также говорится, что оно основано на «Литанг Кангьюре», также известном как «Джангса Тхам Кангьюр». Создание этого Кангьюра заняло пять лет, с 1609 по 1614 год. Литанг был вторым изданием Кангьюра, существовавшим до этого только в рукописном виде. Первым изданием стало издание «Юнлэ» в 1411 году.

Колофоны Нартханга, Лхасы, дворца Сток и некоторых других Кангьюров приписывают редактирование, или, возможно, пересмотр, «Буддхаватамсаки» Вайрочанаракшите: «Лоцава Вайрочанаракшита был главным редактором и создал текст». Великий мастер Сакья Нгорчен Кончок Лхундруп также упоминает участие Вайрочанаракшиты.

Длинная заметка редактора Деге после колофона гласит: «Учат, что Сурендрабодхи и Вайрочанаракшита выступали в качестве главных редакторов китайского перевода». Поскольку индийский мастер Сурендрабодхи прибыл в Тибет во время правления царя Сеналека (ок. 800/804–815), личность этого Вайрочанаракшиты остается загадкой, поскольку он не мог быть переводчиком Вайрочанаракшитой, равно как и Вайрочаной восьмого века. Таши Вангчук добавляет: «Я не видел никаких историй или текстов, которые повествуют о переводческой работе, выполненной лоцавами или пандитами, кроме тех, которые перечислены в колофоне», таким образом, по-видимому, отвергая приписывание Вайрочанаракшиты как редактора.

Гандавьюха сутра (англ.)

Примечания

---

Вернуться к разделу Будда Аватамсака сутра

Вернуться к статье СУТРА

Вернуться к статье Кангьюр