Как следовать за духовным наставником

Оргьен Тобгьял Ринпоче

В «Собрании» говорится:

Победоносный, обладающий высшей из всех добродетелей, учил, что нужно следовать за духовным наставником, [чтобы обрести] просветлённые качества.

В целом, в этом мире нам необходимо знать, что принимать, а что отвергать, и существует множество писаний, упоминающих об этом. Именно поэтому Будда Шакьямуни, четвёртый из тысячи двух будд нашего времени, явил и дал учение о трёх поворотах колеса Дхармы. Он дал учение, ясно показывающее, что принимать, а что отвергать. Сначала он учил о страданиях в этом мире, но не остановился на этом; он показал, как мы можем освободиться от этих страданий. Будда Шакьямуни пришёл в этот мир и оставался тут долгое время. Его учение во многом соответствовало действительности. Это не новое учение, созданное Буддой. Он не создал религию. Он описывал ситуацию, реальность, как она есть, и показывал нам в этом контексте, что хорошо принять, а что – отвергнуть. Совершенный Будда показал, как мы можем достичь освобождения и освободиться от сансары. Учителя, духовные друзья, представляют Будду. До сих пор существуют учителя, которые хранят эти сущностные наставления и проявляются, чтобы продолжать эти учения.

Духовный друг очень важен, потому что он или она поддерживает учеников словами и раскрывает смысл того, что необходимо практиковать. В более широком смысле, если слова и смысл связаны, ученик может достичь состояния будды. В меньшем смысле ученик устанавливает связь с Дхармой и может освободиться от страданий сансары и трёх низших миров, и постепенно, следуя по пути, достичь просветления. Вот насколько сильны учения. Если у вас нет учителя, духовного друга или ваджрного мастера, сколько бы вы ни учились самостоятельно, даже если вы очень сведущи в словах и знании, вам не хватает истинного смысла и силы благословений линии преемственности. Все великие и реализованные мастера Индии и Тибета сами имели квалифицированных учителей-держателей линии преемственности. У нас есть записи о том, у кого был такой-то учитель, кто был чьим-то учителем и кто чьим-то учеником. Основываясь на этом, учение Будды сохранилось до наших дней.

Каждый духовный друг получил Буддадхарму, основанную на словах, и имеет устную линию преемственности. В ней есть необычайная колесница Ваджраяны, а в Ваджраяне, в частности, есть необычайное сияние, наставления Дзогчен, которые имеют как устную, так и линию преемственности реализациин. Существует линия преемственности слов, которая чрезвычайно важна, и линия преемственности реализации, которая считается ещё более драгоценной, чем слова. Передача реализации возможна только от одного учителя к другому; других способов передачи не существует.

Получить линию преемственности реализации не так-то просто. Когда мы говорим об учителях, есть коренной учитель. Коренной учитель — это не тот, кого вы выбираете среди множества разных учителей из-за его физической привлекательности или из-за того, что он или она даёт возвышенные учения. Это учитель, с которым вы были связаны на протяжении многих прошлых жизней. Есть учитель, наделённый тройной добротой, учитель, наделённый двойной добротой, и учитель, наделённый одной добротой. Существует много разных типов учителей, но коренной учитель — это тот, кто познакомил вас с природой вашего ума. Вы не только познали высший смысл Великого Совершенства, но и познали природу своего ума. Вы лично познали это осознание природы своего ума. Вот в чём невероятная доброта того, кого называют вашим коренным учителем. Нет большей доброты в океане страданий сансары, чем доброта того, кто может временно показать вам состояние реализации Будды и временно направить вас туда. Это не лама, даровавший вам обеты. Это учитель, через которого вы познали [природу ума], получив обеты; это ваш коренной гуру. Например, у великого мастера Джамьянга Кхьенце Вангпо было более ста пятидесяти разных учителей. Среди них у него было четыре главных коренных учителя, и среди них был Татэ Намка Чимей Семпа Кунду Тензин, его главный коренной учитель. У Тертона Чогьюра Лингпы тоже были разные учителя. Внешние обеты он получил от Та Лонга Майтрола, а обеты бодхисаттвы — от Такдрола Тенпея Намка. Внутренние обеты Ваджраяны он получил от Джамгона Конгтрула Лодро Тхайе. Но самым важным для него был Джамьянг Кхьенце Вангпо, от которого он получил введение в природу ума – Дзогчен. Ваш коренной учитель, тот, от кого вы получили введение в природу ума и распознали её.

Сейчас у людей так много учителей, и они ходят слушать множество лекций о Дхарме. Это как ходить в разные рестораны, чтобы есть разную еду. Когда вы спрашиваете: «Кто ваш учитель?» Ответ: «У меня так много учителей. Я получал учения Дзогчен так много раз». Затем вы спрашиваете: «Но от кого вы получили эти указующие наставления, ригпеи цал ванг, прямое знакомство?» «О, я получал его так много раз», — отвечают они. Если они даже не могут назвать своего коренного учителя, это признак того, что эти люди не получили знакомства с природой ума и не имеют коренного гуру, даже несмотря на то, что они прошли множество учений Дзогчен.

Когда вы получаете знакомство с природой ума, вы решаете это сами. Сначала вас знакомят со своей природой, затем вы решаете, что делать дальше, и затем обретаете уверенность в освобождении. После знакомства это решение определяет, кто ваш коренной гуру и с кем вы связаны, хорошо это или плохо. Дело не в том, как я уже говорил, что кто-то вам нравится, исходя из того, что он или она носит красивую одежду.

Комментарий Джамгона Конгтрула Ринпоче к «Ламрим Еше Ньингпо» очень ясно объясняет, почему необходимо следовать за духовным другом с самого начала пути и что отличает квалифицированного мастера. Для иллюстрации этого приводятся многочисленные цитаты из текстов:

Хотя во всех сутрах, тантрах и наставлениях подробно разъясняются качества подлинного учителя, их суть можно изложить так: Его бытие должно быть совершенно чистым. Он оставил дурные поступки, ибо не запятнан изъянами или нарушениями обетов — будь то какие-либо из трёх обетов, составляющих основу всех благих качеств.

Учитель украшен тем, что свободен от неведения и от крайностей в образе жизни. Это возможно благодаря его глубокому знанию сутр, тантр, а также изречений и наставлений Мантраяны.

Он должен быть сведущ в шести ограничениях и четырёх подходах [к толкованию].

Четыре способа толкования следующие. Во-первых, объяснять в общем — слово за словом, исходя из смысла, грамматики и подразумеваемого значения термина. Во-вторых, раскрывать общий замысел, присущий сутрам. В-третьих, излагать сокровенный, необычный и глубокий смысл высшей Ануттара-тантры. В-четвёртых, объяснять так, чтобы окончательный смысл соединялся с уровнем практики — как на стадии тренировки, так и за её пределами.

Примечание Джокьяба Ринпоче о том, что каждое слово тантр должно пониматься в четырёх подходах — буквальном, общем, прямом и косвенном — довольно точно соответствует тому, что подразумевается в Ламриме. Без обладания этими устными наставлениями невозможно достичь истинного знания, как бы детально ни был проведён аналитический процесс размышления. Но если эти устные наставления присутствуют, тогда при исследовании путей сутр и тантр рождается безупречное знание, возникающее из размышления.

Может возникнуть вопрос: почему Джокьяб Ринпоче так подробно останавливается на шести ограничениях и четырёх подходах? Причина в том, что подлинный, настоящий ваджрный учитель — это тот, кто совершенно искусен в раскрытии и истолковании замысла тантр именно через эти шесть ограничений и четыре подхода. Поэтому, если ваджрный учитель сведущ в этих положениях, он действительно является учёным и умелым наставником. Если же нет — значит, он не таков.

Учитель должен обладать сострадательным сердцем. Если свести истинные качества ваджрного мастера к сути, то они заключаются в возвышенной и чистой мотивации и искренне альтруистичном устремлении. Иными словами, учителя движет сострадание и подлинное желание помочь ученикам. Разумеется, достойный мастер должен обладать и другими добродетелями: быть учёным, осмысленно размышлявшим, медитировавшим и практиковавшим. Немаловажно и соблюдение чистых обетов, обладание чистой дисциплиной, прохождение необходимых ступеней тренировки. Но важнейшее — это альтруистическое сердце, чистая мотивация помогать.

Такой учитель, искренне заботящийся о благе ученика, никогда не станет злоупотреблять своей силой, не будет манипулировать или пользоваться последователями ради выгоды. Напротив, он будет направлять с истинной искренностью и добрым намерением. Поэтому чистая мотивация и доброе сердце — это самое главное, что нужно искать в духовном наставнике.

Главное — это отношение, состояние ума. Ища учителя, не нужно смотреть на то, богат он или беден, умеет ли красиво говорить и собирать толпы, приятна ли его внешность или нет. Всё это не имеет значения. По-настоящему важно — это духовные качества. Если в учителе присутствуют подлинные внутренние достоинства, находящиеся на уровне ума, именно они делают его подлинным наставником. Внешние проявления здесь не решают ничего, ведь сама практика Дхармы в целом не связана с тем, чтобы «показывать себя» или создавать привлекательный образ. Суть практики — в том, чтобы преобразить свой ум, своё отношение. И если мы сосредоточены на изменении отношения, то можем тренироваться постоянно, каждый день, и прогресс будет неотступно следовать за нами. Это действительно ключевой момент.

Истинная чистая мотивация невидима. Но если провести с человеком время — особенно длительное, — тогда становится ясно, что его движет. Прежде всего, у учителя должно быть стремление к освобождению из самсары, решимость освободиться. Если такой мотивации нет, держитесь подальше: ведь как может вести к освобождению тот, кто сам этого освобождения не ищет? Это невозможно.

Мастер должен хранить непорочную самаю. Когда мы соединяемся с ваджрным учителем, речь идёт не только о том, чтобы следовать к освобождению, но и о пути к полному просветлению — через получение передач, посвящений и сокровенных наставлений Ваджраяны. Но всё это становится возможным лишь при наличии глубокой веры. Преданность необходима. Если духовный наставник сам не имеет доверия к своему коренному гуру, следовать за таким человеком нельзя.

Конечно, прекрасно обладать несокрушимой, необратимой верой. Но даже если её нет, необходимо хотя бы устойчивое состояние ума в преданности. Сам учитель также должен обладать этой прочной верой и преданностью.

Следующее качество — альтруистический настрой, желание помогать. Это должно быть подлинным и искренним, ибо без этого человек не сможет по-настоящему помогать другим. Такое доброе сердце, альтруистическая устремлённость должны быть обращены исключительно к благу других, а не к личной выгоде или скрытым ожиданиям.

Иногда можно встретить искажённую ситуацию: если ученик угождает учителю, тот готов помогать ему; а если не угождает — учитель хочет «оттолкнуть» его прочь. Такой подход противоречит истинному пути. Это не признак подлинного альтруистического настроя. От этого нет пользы. Когда же альтруистическое устремление углубляется и раскрывается, мы называем его «состраданием». По сути, духовный наставник, обладающий всего лишь этим альтруистическим желанием и состраданием — даже если он не слишком учёный или не выглядит каким-то особенным, — всё же способен помогать другим. Эти двух качеств достаточно.

Сострадание имеет невообразимую ценность. В «Бодхичарьяаватаре» сказано: тот, кто обрел это глубокое сострадание, именуемое бодхичиттой, будет почитаем богами, людьми и всеми существами как бодхисаттва, достойный уважения.

Позвольте рассказать историю, случившуюся лет пятнадцать-двадцать назад, во Франции. Я встретил там одного человека. Он сказал мне:
— У меня есть доверие ко всем ламам.

Я спросил:
— А кто твои ламы?

Он ответил:
— У меня три главных: Кармапа, Дилго Кхьенце Ринпоче и Калу Ринпоче.

Тогда я спросил:
— Что ты называешь доверием и верой?

Он сказал:
— Они особенные, необычные, эти трое.

— Можешь пояснить, что именно ты имеешь в виду? — спросил я.

Он ответил:
— Они не такие, как все остальные.

Я решил уточнить ещё раз:
— Что именно ты имеешь в виду?

Он немного расслабился и открыл сердце:
— Кармапа — это нечто необыкновенное. У него много помощников, его часы удивительны, рубашка из парчи, а юбка из самой дорогой шерсти. Когда он идёт среди людей, он движется словно царь. Его глаза никогда не смотрят вниз, на землю, он всё время смотрит ввысь, в воздух. Когда я вижу это, я испытываю особое чувство.

— Лама Калу Ринпоче очень худой, необычайно худой. Всё время кажется, что он совершенно изнурён. Но стоит ему начать учить, как он оживает и становится поразительно присутствующим. Он словно сделан только из кожи и костей, но ум его необычайно силён. Обычно человеку в таком состоянии трудно долго учить без перерыва, но Калу Ринпоче совсем не таков — он может наставлять очень долго.

— А вот Дилго Кхьенце Ринпоче, напротив, велик и огромен. Его пальцы длинные, ногти тоже очень длинные. Когда он кашляет, слышно даже за дверью. Когда смотришь на него — он кажется необычным. С какой стороны ни посмотри: всё в нём большое — большие глаза, большой нос, большие руки, большие пальцы, всё большое. Он тоже необыкновенный.

Вот таков был его ответ. А я не выдержал и расхохотался. Это и есть моя история. Я, честно говоря, не понимаю этой новой моды на подобное почитание.