Размышления о старении

Оргьен Тобгьял Ринпоче

Во время друбчена Курукуллы в центре Дхарма Мати в Берлине в октябре 2024 года Оргьен Тобгьял Ринпоче пребывал в необычайно задумчивом и разговорчивом настроении, почти каждый день прерывая практику, чтобы поделиться учениями и наставлениями, а также общими советами и наблюдениями. Ниже приведены его размышления о миссии своей жизни, важности друбченов и теме старения. Это последнее размышление было особенно примечательно, поскольку многие из нас впервые услышали от Ринпоче эту тему, которая редко обсуждается в учениях. И, конечно же, он подошел к ней в своей неповторимой манере — одновременно откровенной и прямолинейной, и глубоко мудрой и проницательной.

---

Я вижу свою главную миссию в жизни в том, чтобы совершить как можно больше друбченов, и к настоящему моменту я совершил их немало. Конечно, нам нужно слушать учения Дхармы и размышлять над ними, но, безусловно, самое важное — практиковать их. Когда речь идёт о практике Дхармы, говорят, что учения Ваджраяны несут в себе наибольшее благословение и являются самыми мощными и быстрыми в достижении результатов. Также говорится, что встретить учения Тайной Мантры Ваджраяны, которые принимают плод как путь — будь то в прошлом, настоящем или будущем, — крайне редкое явление.

Учения Тайной Мантры Ваджраяны были впервые переданы нашим учителем, Буддой Шакьямуни, и с тех пор присутствуют в нашем мире. Однако сейчас, похоже, эта эпоха подходит к концу, и учения постепенно исчезают. Почему я так говорю? Потому что сейчас, в наше время, мы, похоже, не находим ни одного достигшего совершенства практика Тайной Мантры Ваджраяны – того, кто может летать по небу, нырять под землю или являть различные чудеса в результате своего достижения. Мы просто больше не видим таких, верно? Вероятно, дело не в том, что никто не достигает такого уровня достижений, просто мы их не видим. Если по-настоящему посвятить себя практике, можно достичь четырёх деяний и восьми великих сиддх. Я уверен, что всё ещё есть люди, достигшие обычных и высших достижений, просто таких очень мало, если вообще есть, которых мы можем встретить и увидеть своими глазами. В чём причина? Это происходит из-за исчерпания заслуг живых существ.

В этом контексте необходимо понимать, насколько важна практика друбчена. Как сказал Гуру Ринпоче, заниматься практикой друбчена – всё равно что слиться с кровью его сердца. Еше Цогьял далее сказала: «Для тех, кто в будущем получит возможность практиковать учения-откровения глубоких терма, это будет равносильно личной встрече с Гуру Ринпоче. Такие счастливчики должны поистине радоваться!»

Как только мы рождаемся в этом мире, за нами одновременно следует тень смерти. В наши дни мы празднуем дни рождения, но придёт и день нашей смерти. Что окажет нам наибольшую помощь, когда придёт наша смерть? Это участие в некоторых друбченах при жизни. Почему? Из-за фундаментальной природы вещей, дхарматы, которая изначально чиста и является природой будды, которой мы все обладаем. Именно потому, что дхармата/природа будды чиста, практика работает. В то время как дхармата есть и всегда была чиста, на уровне явлений всегда действует закон причины и следствия – он не обманчив. Благословения, сострадание и сила будд и их наследников безграничны. Они содержат особые учения Тайной Мантры Ваджраяны, методы божества, мантры, мудры и самадхи, чья сила реальна.

Сейчас мы собрались здесь, чтобы получить посвящение и присоединиться к практике друбчена, однако в будущем такая возможность почти наверняка исчезнет.

Есть история о старом мастере, ученик которого умолял вернуться в качестве тулку. Мастер ответил: «Что ж, вернуться в качестве тулку относительно легко, но найти учеников, которые действительно смогут получить посвящения, передачи и знакомство с природой ума, гораздо сложнее!»

Мы можем родиться людьми, но принять Дхарму, получить посвящения, передачи и учения от квалифицированного мастера и практиковать их в полной мере невероятно сложно. Поэтому возрадуйтесь, что пришли сюда и получили эту возможность практиковать.

Кстати, я заметил несколько вещей, о которых мне нужно вам рассказать.

1. Один из важнейших аспектов друбчена — мелодичное пение мантры. В этот раз мы привели с собой много монахов, чтобы они пели мантру, но вы все можете присоединиться к ним и тоже петь мантру. Повторение мантры присутствует во всех практиках, однако мелодичное пение мантры — важная составляющая друбчена. Как сказано в наставлениях по друбчену: «Не прерывайте повторение мантры».

2. Теперь, когда мы «раскрыли» мандалу, очень важно сделать подношения света. Подношение светильника, как мы знаем из «Нарак Конг Шаг», — самое важное из всех подношений. Поэтому всем вам следует купить несколько светильников и поднести их. Уверен, здесь можно купить хорошие свечи и благовония. Когда мы находимся в таких местах, как Дели или Сингапур, я покупаю много таких подношений. Возможно, они немного дорогие, но какой смысл покупать дешёвые подношения? Здесь довольно много людей с деньгами, поэтому, пожалуйста, не скупитесь.

Много лет назад я посетил священную гору У Тайшань (гора Манджушри) в Китае в рамках паломничества, организованного китайским правительством. В храме Сяньтун, где хранится священное изображение Манджушри, есть небольшой золотой алтарь, в котором можно возлагать лампады – одна лампада стоила 500 юаней (около 65 евро). Тогда я не придал этому никакого значения и зажёг пять лампад, чтобы постичь пять мудростей. Вот и всё, что было у меня на уме.

Нашу группу сопровождал один тибетец, занимавший высокий пост в китайском правительстве. Он верил в дхарму, хотя и должен был это скрывать. Он тоже хотел предложить лампу, но, спросив, сколько она стоит, услышал, что 500 юаней, и не поверил своим ушам, придя в ярость. Он обругал монахов, продававших лампы (возможно, это были не настоящие монахи), и сказал, что посадит их в тюрьму за обман невинных туристов. Я сказал ему не расстраиваться, что я не против, но он продолжал ругаться и пригрозил сообщить властям.

Я хочу сказать, что у нас разные взгляды на подобные вещи. Я лишь говорю, что вам следует купить несколько светильников и поднести их, проявив щедрость. То же самое касается цога, который очень важен, благовоний, которых я здесь не вижу и не чувствую, и цветов. Когда мы практикуем друбчены в Бире, я подношу сотни тысяч масляных светильников, торма и так далее. Вот почему, когда я вижу здесь скудные подношения, мне становится не по себе. Если вы подносите много светильников, это не принесёт мне никакой пользы, это только для вашей собственной пользы.

Возвращаясь к теме, раз или два в год мы ходим к врачу на осмотр, верно? Мы все так делаем: врач информирует нас о состоянии здоровья, и обычно нам просто говорят, что беспокоиться не о чем. Но однажды, когда мы идем к врачу, нам внезапно сообщают, что у нас рак. Многие из спонсоров Дзонгсара Кхьенце Ринпоче и мои заболели раком. Тогда они впадают в панику, присылают нам отчёт о своей болезни и спрашивают: «Что я могу сделать?» Всё, что я могу им сказать, это: «Сейчас вы мало что можете сделать. Я не знаю, сколько вам осталось жить, но просто постарайтесь развивать доброе сердце в оставшееся время». Обычно они спрашивают: «Есть ли какие-нибудь практики, которые помогут избавиться от рака?» На что я отвечаю: «Вы можете попытаться, если хотите, например, освободить несколько жизней, но не думаю, что это сильно поможет».

Некоторые из близких мне людей, заболевших раком, говорят, что они не хотят слишком страдать перед смертью, они предпочитают умереть побыстрее.

Что касается меня, я прохожу тщательное обследование каждые 3 месяца — анализы крови и всё остальное. До сих пор у меня не появилось никаких новых болезней, я просто являюсь носителем старых болезней, которые были в прошлом. Но я на сто процентов уверен, что однажды врач объявит мне что-то новое. Что я тогда буду делать? Это то, о чём мне нужно думать сейчас, верно? Мы должны знать, что это произойдёт, и когда это произойдёт, мы мало что сможем с этим поделать. Нам скажут, что нам осталось жить недолго, и мы скоро умрём. Тот факт, что мы все умрём, очевиден, верно? В этом нет никаких сомнений. Независимо от того, диагностируют ли у нас неизлечимое заболевание или нет, мы все умрём, верно?

Я ходил на практику несколько дней назад, и в результате у меня очень высокий уровень сахара в крови. Проблема диабета в том, что он может вызвать другие вторичные состояния, например, кому и короткую жизнь. У некоторых лам проблемы с почками – им могут сделать операцию и пересадить почку. У других тело покрывается язвами, и из-за инфекции приходится ампутировать руку или ногу. Это никак не помогает предотвратить смерть, мы все так или иначе умрём; это лишь значительно усложняет жизнь. Если бы у нас не было такого состояния, жизнь была бы нормальной.

Что касается меня, то я уже выполнил все, что должен был сделать в этой жизни, поэтому я готов ко всему.

Вам всем стоит задуматься об этом. Здесь мало молодых людей, но и они уже начинают стареть. Чем старше становишься, тем ближе к смерти. Когда я впервые приехал в Индию, все ламы, фотографии которых вы здесь видите, были ещё живы. Теперь их уже нет. Из старшего поколения в живых остались только Гарчен Ринпоче, Тартанг Тулку и Намка Дриме. Но у вас мало шансов с ними встретиться. Например, Тартанг Ринпоче никогда не выходит из своей комнаты и ни с кем не встречается.

Есть ещё Далай-лама. Когда он впервые приехал в Индию, ему было 26 лет. Когда вы видите его сейчас в интернете, вы видите, как ему трудно передвигаться. Это просто показывает, насколько жизнь становится сложнее, когда ты стареешь. Когда я вижу это, это пугает меня. Если бы можно было что-то сделать, чтобы предотвратить это, можете быть уверены, Далай-лама сделал бы это. О нём заботится множество людей, и он окружён лучшими врачами всех традиций – тибетскими, индийскими (аюрведическими) и западными. Тем не менее, его подвижность значительно ограничена. Это старость. Он поклялся прожить 113 лет, но в таком состоянии ему будет не так-то просто.

Об этом стоит задуматься всем вам. На Западе в этом плане дела обстоят немного лучше, чем у нас, тибетцев. Один швейцарец сказал нам: «Все ваши газеты пишут, что Далай-лама в отличном здоровье, учитывая его 90-летний возраст, но в Швейцарии есть люди, которым уже 90, но они всё ещё могут ездить на велосипеде. Так что Далай-лама на самом деле не в такой уж хорошей форме, не так ли?» Он заключил это, и, возможно, он прав. Жители Запада, как правило, живут дольше.

У меня есть друг в Бельгии, который работает в доме престарелых, и я задал ему много вопросов о его жизни там. Благодаря этому я стал лучше понимать состояние пожилых людей. В последние минуты жизни вам дают мороженое. Через час вы умираете. Я узнал обо всех аспектах жизни пожилого человека. Например, я спросил его: «О чём говорят старики, когда они собираются вместе?» Почему я спросил об этом? Потому что знаю, что однажды и я столкнусь с такой же ситуацией.

Как сказал великий завоеватель Будда, мы все проходим через рождение, старость, болезни и смерть. Страдания болезни — это то, о чем мы все знаем. О страданиях рождения мы на самом деле не знаем, но они закончились и прошли. Тем не менее, мы все будем переживать их снова и снова, миллиарды раз. О страданиях смерти мы немного знаем и всем нам придется столкнуться с ними. Но страдания старости — это то, во что нам нужно глубже вникнуть и к чему быть лучше подготовленными. В нашей тибетской литературе очень мало говорится о страданиях старости. За исключением нескольких строк в «Словах моего совершенного учителя», вы не найдете слишком много написанного об этом. Поэтому я думаю, что это то, во что вам действительно важно изучить, узнать больше.

Вот чем я хотел поделиться с вами сегодня. По сути, это то, о чём вам стоит задуматься, над чем стоит поразмыслить. Если мы не способны хотя бы немного поразмыслить об океане страданий сансары — то есть о неизбежности смерти и страданиях старости и болезней, — то мы никогда не станем истинными практиками Дхармы.