Великий львиный рык Майтреи: различия между версиями
Sherab (обсуждение | вклад) Нет описания правки |
Sherab (обсуждение | вклад) |
||
| (не показана 1 промежуточная версия этого же участника) | |||
| Строка 13: | Строка 13: | ||
== Введение == | == Введение == | ||
«Великий львиный рык Майтреи» начинается с собрания учеников-шраваков и бодхисаттв, где достопочтенный Махакашьяпа задаёт Будде ряд вопросов о том, как мужчинам и женщинам, принявшим монашеский образ жизни, следует упражняться, действовать и заниматься духовной практикой. В ответ Будда подробно описывает надлежащее поведение и практику тех, кто принял монашество, противопоставляя их различным формам потенциального проступка и ошибочной практики, используя ряд запоминающихся аналогий в качестве иллюстраций. | «Великий львиный рык Майтреи» начинается с собрания учеников-шраваков и бодхисаттв, где достопочтенный [[Махакашьяпа]] задаёт Будде ряд вопросов о том, как мужчинам и женщинам, принявшим монашеский образ жизни, следует упражняться, действовать и заниматься духовной практикой. В ответ Будда подробно описывает надлежащее поведение и практику тех, кто принял монашество, противопоставляя их различным формам потенциального проступка и ошибочной практики, используя ряд запоминающихся аналогий в качестве иллюстраций. | ||
Затем Махакашьяпа просит Будду остаться в мире «на эон или дольше», чтобы охранять Дхарму. Будда предсказывает, что в будущем Махакашьяпа сам будет охранять Дхарму. Махакашьяпа возражает, что Дхарма не может существовать долго, если её доверить шраваке, а не бодхисаттве, и умоляет Будду | Затем Махакашьяпа просит Будду остаться в мире «на эон или дольше», чтобы охранять Дхарму. Будда предсказывает, что в будущем Махакашьяпа сам будет охранять Дхарму. Махакашьяпа возражает, что Дхарма не может существовать долго, если её доверить шраваке, а не бодхисаттве, и умоляет Будду посвятить Майтрею вместо него. Затем Будда повелевает Майтрее взять на себя ответственность за защиту Дхармы в будущем, и тот соглашается. | ||
В ответ на вопрос Майтреи Будда подробно описывает предосудительные качества тех, кто в будущем «ложно будет называть себя бодхисаттвами», а также надлежащее поведение и практику бодхисаттв, снова используя ряд аналогий и рассказ об одной из своих прошлых жизней. Майтрея издаёт в ответ львиный рык, описывая свою усердную и аскетическую практику пути бодхисаттвы. Когда группа монахов встаёт, чтобы покинуть собрание, считая описание аскетической практики Майтреей нереалистичным, Майтрея успокаивает их и даёт наставления о том, как им следует практиковать. | |||
В ответ на вопрос Майтреи Будда подробно описывает предосудительные качества тех, кто в будущем «ложно будет называть себя бодхисаттвами», а также надлежащее поведение и практику бодхисаттв, снова используя ряд аналогий и рассказ об одной из своих прошлых жизней. | |||
Наконец, Махакашьяпа спрашивает Будду, сколько «мнимых бодхисаттв» появится в будущем, и Будда отвечает, предсказывая, что эти мнимые бодхисаттвы будут поклоняться его реликвиям, а не заниматься истинной практикой. Он развивает эту мысль, рассказывая о другой своей прошлой жизни, в которой также фигурирует Майтрея, и подвергает длительной критике тех, кто занимается религиозными практиками, сосредоточенными на реликвиях, ступах и изображениях, пренебрегая аскетической практикой и медитацией. В частности, Будда критикует тех, кто стремится коммерциализировать такую религиозную деятельность и зарабатывать на жизнь, рассказывая в качестве примера о другой своей прошлой жизни. Таким образом, Будда противопоставляет истинную практику, сосредоточенную на отречении, нравственной дисциплине и медитативном исследовании, недопустимой коммерциализации религиозных практик ради мирских целей. | |||
Наконец, Махакашьяпа спрашивает Будду, сколько «мнимых бодхисаттв» появится в будущем, и Будда отвечает, предсказывая, что эти мнимые бодхисаттвы будут поклоняться его реликвиям, а не заниматься истинной практикой. Он развивает эту мысль, рассказывая о другой своей прошлой жизни, в которой также фигурирует | |||
«Великий львиный рык Майтреи» — одна из сорока девяти сутр, составляющих раздел [[Груда драгоценностей|«Груды драгоценностей» (Ратнакута; dkon brtsegs)]] Кангьюра, важного сборника писаний Махаяны, существующего как в китайском, так и в тибетском переводе. Оригинал на санскрите не сохранился. Китайский перевод сутры, «Мохэ цзяе хуэй» ( Тайсё 310 [23] ), был создан в 541 году Упасуньей (月婆首那) и позднее включён в состав китайской «Ратнакуты», составленной в VIII веке до н. э. [[Бодхиручи]]. Тибетский перевод в колофоне приписывается индийским пандитам [[Джинамитра|Джинамитре]], [[Сурендрабодхи]] и [[Праджняварман|Праджняварману]], а также тибетскому Еше Дэ и другим, что датирует его не позднее начала IX века. Это подтверждается включением текста в оба каталога переводов императорской эпохи: «Денкарма» (ок. 812 г.) и «Пхангтангма». Текст также был найден в [[Дуньхуан|Дуньхуане]] (Pelliot tibétain 93), что свидетельствует о его широком распространении в тибетоязычном мире с IX до начала XI веков. | |||
«Великий львиный рык | |||
Указания на место текста в индийском буддизме можно найти в том факте, что он цитируется по имени в «Сборнике сутр» (Sūtrasamuccaya, Текст 3934), приписываемом [[Нагарджуна|Нагарджуне]], а также в «Объяснении «Сборника сутр: Украшение, освещающее драгоценности» (Sūtrasamuccayabhāṣyaratnālokālaṃkāranāma, Текст 3935), приписываемом [[Ратнакарашанти]] (ок. 970–1045). Текст также широко цитируется прославленным [[Атиша|Атишей]] (982–1054) в «Великом сборнике сутр» (Mahasūtrasamuccaya , Текст 3961). По крайней мере одна цитата с указанием имени встречается также в «Сборнике сутр о стадиях медитации» (Текст 3933). Эти ссылки, как минимум, свидетельствуют о том, что сутра была переписана и легко доступна учёным Индии в течение первого тысячелетия до нашей эры. | |||
Указания на место текста в индийском буддизме можно найти в том факте, что он цитируется по имени в «Сборнике сутр» ( Sūtrasamuccaya , | |||
Что касается перспективы современной академической науки, Грегори Шопен показал, что в сутре есть множество примеров использования лексики, общей с Винайей Муласарвастивады, и анализ Шопеном полемики сутры против коммерциализации культов реликвий и изображений демонстрирует либо прямое влияние Винайи Муласарвастивады, либо тот факт, что настоящая сутра разделяла свою среду с Винайей Муласарвастивады и общинами, в которых она передавалась. В этой связи, возможно, интересно отметить, что часть критики и наставлений сутры адресована как монахам-шравакам, так и монахам-бодхисаттвам, не говоря уже о том, что сутра пропагандирует идеал лесного монаха и, в целом, сравнивает достоинства монашеской жизни с жизнью мирян-домохозяев. Например, сутра с одобрением упоминает предполагаемую прошлую эпоху, когда буквально все покинули свои дома, чтобы принять религиозную жизнь, так что не осталось ни одного домохозяина. | |||
Что касается перспективы современной академической науки, Грегори Шопен показал, что в сутре есть множество примеров использования лексики, общей с Винайей Муласарвастивады, и анализ Шопеном полемики сутры против коммерциализации культов реликвий и изображений демонстрирует либо прямое влияние Винайи Муласарвастивады, либо тот факт, что настоящая сутра разделяла свою среду с Винайей Муласарвастивады и общинами, в которых она передавалась. | |||
Полемику сутры против коммерциализации культов реликвий, ступ и изображений можно сопоставить с другими сутрами, в которых подобные религиозные практики одобряются и пропагандируются. В случае религиозных практик, сосредоточенных на ступах (и, как следствие, на реликвиях), настоящую сутру можно сопоставить с «Авалокини сутрой» (Текст 195), а также со «Стихами о обходе святынь» (Caityapradakṣiṇagāthā, Текст 321). В случае религиозных практик, сосредоточенных на изображениях, её можно сопоставить с «Описанием преимуществ создания представлений Так-Ушедшего» (Tathāgatapratibimbapratiṣṭhānuśaṃsasaṃvarṇana, Текст 320). | |||
Полемику сутры против коммерциализации культов реликвий, ступ и изображений можно сопоставить с другими сутрами, в которых подобные религиозные практики одобряются и пропагандируются. В случае религиозных практик, сосредоточенных на ступах (и, как следствие, на реликвиях), настоящую сутру можно сопоставить с | |||
Центральное место, отведенное Майтрее в этой сутре, означает, что ее плодотворно читать вместе с другими сутрами в Кангьюре, которые фигурируют или фокусируются на фигуре Майтреи: «Вопрос Майтреи» (Maitreyaparipṛcchā, текст 85) и «Вопрос Майтреи о восьми качествах» (Maitreyaparipṛcchādharmāṣṭa, текст 86), которые также находятся в разделе «Груды драгоценностей», а также «Вопрос Майтреи» (Maitreyaparipṛcchā, текст 149), «Выход Майтреи» (Maitreyaprasthāna, текст 198), и «Сутра о рождении Майтреи на Небесах Радости» (текст 199). Поскольку в настоящей сутре описывается, как Будда повелел Майтрее взять на себя ответственность за сохранение Дхармы в будущем, особый сравнительный интерес представляют «Выход Майтреи», в которой Будда описывает прошлую жизнь, в которой Майтрея впервые зародил бодхичитту, и «Сутра о рождении Майтреи на Небесах Радости», в которой Будда описывает рождение Майтреи на Небесах Радости, откуда он в конечном итоге спустится в этот мир, чтобы полностью пробудиться. | |||
Центральное место, отведенное | |||
Хотя в данной сутре это не упоминается, присутствие Махакашьяпы и Майтреи, а также указание на то, кто возьмёт на себя ответственность за распространение Дхармы в далёком будущем, отсылает к древней традиции муласарвастивады, которая связывает эти две фигуры в контексте возможной преемственности Майтреи от Будды Шакьямуни. Согласно этой традиции, Будда Шакьямуни даровал своё одеяние Махакашьяпе, сменившему Будду на посту главы монашеской сангхи. В конце своей жизни Махакашьяпа, облачившись в одежду Будды, отправился на гору Куккутпаду, где и одежда, и его тело останутся нетленными до пришествия Майтреи, который отправится на гору и, в зависимости от источника, заберет тело Махакашьяпы в присутствии своих учеников или получит от него одежду Будды Шакьямуни. | |||
Хотя в данной сутре это не упоминается, присутствие Махакашьяпы и Майтреи , а также указание на то, кто возьмёт на себя ответственность за распространение Дхармы в далёком будущем, отсылает к древней традиции муласарвастивады, которая связывает эти две фигуры в контексте возможной преемственности Майтреи от Будды Шакьямуни. Согласно этой традиции, Будда Шакьямуни даровал своё одеяние Махакашьяпе , сменившему Будду на посту главы монашеской сангхи. В конце своей жизни Махакашьяпа , облачившись в одежду Будды, отправился на гору Куккутпаду, где и одежда, и его тело останутся нетленными до пришествия | |||
Это первая публикация полного английского перевода «Великого львиного рыка Майтрейи» . Отдельные отрывки из второй половины сутры были переведены на французский язык Полем Демьевилем в 1930-х годах, а несколько других были недавно переведены на английский Эриком Цюрхером. Несколько отрывков, переведенных Шопеном, также стали для нас полезным источником информации. | |||
Это первая публикация полного английского перевода | |||
Наш перевод основан на версии, найденной в «Деге Кангьюре». Мы сравнили её толкования с версиями, найденными в других Кангьюрах, включённых в «Сравнительное издание» (dpe bsdur ma), а также с версией, найденной в Кангьюре из дворца Сток. | |||
Наш перевод основан на версии, найденной в «Деге Кангьюре». Мы сравнили её толкования с версиями, найденными в других Кангьюрах, включённых в «Сравнительное издание» ( dpe bsdur ma ), а также с версией, найденной в Кангьюре из дворца Сток. | |||
== Источники == | == Источники == | ||
Текущая версия от 08:19, 9 декабря 2025
Текст 67: Великий львиный рык Майтреи
|
Краткое содержание
В этой сутре Махакашьяпа задаёт Будде ряд вопросов о надлежащем монашеском поведении и практике, на которые Будда даёт подробные ответы. Затем Махакашьяпа просит Будду остаться в миру, чтобы охранять Дхарму, но когда Будда первоначально предсказывает, что сам Махакашьяпа сделает это в будущем, Махакашьяпа настаивает, что для долгосрочного сохранения Дхармы её следует доверить бодхисаттве, а не шраваке. Затем Будда посвящает Майтрею и возлагает на него ответственность за защиту Дхармы в будущем. Далее следует учение Будды о тех, кто в будущем будет ложно называть себя бодхисаттвами, о надлежащем поведении и практике бодхисаттв, а также описание Майтреей его собственной практики пути бодхисаттвы. Когда Махакашьяпа спрашивает Будду о тех, кто в будущем будет «мнимыми бодхисаттвами», Будда предлагает ряд поучений об ошибочной и предосудительной практике коммерциализации поклонения реликвиям, ступам и изображениям и стремления заработать на жизнь, противопоставляя это надлежащей монашеской практике аскетического поведения и медитативного исследования. Помимо критики Будды, эта сутра примечательна своими запоминающимися аналогиями, повествованиями о прошлых жизнях и акцентом на аскетической лесной практике монаха.
Введение
«Великий львиный рык Майтреи» начинается с собрания учеников-шраваков и бодхисаттв, где достопочтенный Махакашьяпа задаёт Будде ряд вопросов о том, как мужчинам и женщинам, принявшим монашеский образ жизни, следует упражняться, действовать и заниматься духовной практикой. В ответ Будда подробно описывает надлежащее поведение и практику тех, кто принял монашество, противопоставляя их различным формам потенциального проступка и ошибочной практики, используя ряд запоминающихся аналогий в качестве иллюстраций.
Затем Махакашьяпа просит Будду остаться в мире «на эон или дольше», чтобы охранять Дхарму. Будда предсказывает, что в будущем Махакашьяпа сам будет охранять Дхарму. Махакашьяпа возражает, что Дхарма не может существовать долго, если её доверить шраваке, а не бодхисаттве, и умоляет Будду посвятить Майтрею вместо него. Затем Будда повелевает Майтрее взять на себя ответственность за защиту Дхармы в будущем, и тот соглашается.
В ответ на вопрос Майтреи Будда подробно описывает предосудительные качества тех, кто в будущем «ложно будет называть себя бодхисаттвами», а также надлежащее поведение и практику бодхисаттв, снова используя ряд аналогий и рассказ об одной из своих прошлых жизней. Майтрея издаёт в ответ львиный рык, описывая свою усердную и аскетическую практику пути бодхисаттвы. Когда группа монахов встаёт, чтобы покинуть собрание, считая описание аскетической практики Майтреей нереалистичным, Майтрея успокаивает их и даёт наставления о том, как им следует практиковать.
Наконец, Махакашьяпа спрашивает Будду, сколько «мнимых бодхисаттв» появится в будущем, и Будда отвечает, предсказывая, что эти мнимые бодхисаттвы будут поклоняться его реликвиям, а не заниматься истинной практикой. Он развивает эту мысль, рассказывая о другой своей прошлой жизни, в которой также фигурирует Майтрея, и подвергает длительной критике тех, кто занимается религиозными практиками, сосредоточенными на реликвиях, ступах и изображениях, пренебрегая аскетической практикой и медитацией. В частности, Будда критикует тех, кто стремится коммерциализировать такую религиозную деятельность и зарабатывать на жизнь, рассказывая в качестве примера о другой своей прошлой жизни. Таким образом, Будда противопоставляет истинную практику, сосредоточенную на отречении, нравственной дисциплине и медитативном исследовании, недопустимой коммерциализации религиозных практик ради мирских целей.
«Великий львиный рык Майтреи» — одна из сорока девяти сутр, составляющих раздел «Груды драгоценностей» (Ратнакута; dkon brtsegs) Кангьюра, важного сборника писаний Махаяны, существующего как в китайском, так и в тибетском переводе. Оригинал на санскрите не сохранился. Китайский перевод сутры, «Мохэ цзяе хуэй» ( Тайсё 310 [23] ), был создан в 541 году Упасуньей (月婆首那) и позднее включён в состав китайской «Ратнакуты», составленной в VIII веке до н. э. Бодхиручи. Тибетский перевод в колофоне приписывается индийским пандитам Джинамитре, Сурендрабодхи и Праджняварману, а также тибетскому Еше Дэ и другим, что датирует его не позднее начала IX века. Это подтверждается включением текста в оба каталога переводов императорской эпохи: «Денкарма» (ок. 812 г.) и «Пхангтангма». Текст также был найден в Дуньхуане (Pelliot tibétain 93), что свидетельствует о его широком распространении в тибетоязычном мире с IX до начала XI веков.
Указания на место текста в индийском буддизме можно найти в том факте, что он цитируется по имени в «Сборнике сутр» (Sūtrasamuccaya, Текст 3934), приписываемом Нагарджуне, а также в «Объяснении «Сборника сутр: Украшение, освещающее драгоценности» (Sūtrasamuccayabhāṣyaratnālokālaṃkāranāma, Текст 3935), приписываемом Ратнакарашанти (ок. 970–1045). Текст также широко цитируется прославленным Атишей (982–1054) в «Великом сборнике сутр» (Mahasūtrasamuccaya , Текст 3961). По крайней мере одна цитата с указанием имени встречается также в «Сборнике сутр о стадиях медитации» (Текст 3933). Эти ссылки, как минимум, свидетельствуют о том, что сутра была переписана и легко доступна учёным Индии в течение первого тысячелетия до нашей эры.
Что касается перспективы современной академической науки, Грегори Шопен показал, что в сутре есть множество примеров использования лексики, общей с Винайей Муласарвастивады, и анализ Шопеном полемики сутры против коммерциализации культов реликвий и изображений демонстрирует либо прямое влияние Винайи Муласарвастивады, либо тот факт, что настоящая сутра разделяла свою среду с Винайей Муласарвастивады и общинами, в которых она передавалась. В этой связи, возможно, интересно отметить, что часть критики и наставлений сутры адресована как монахам-шравакам, так и монахам-бодхисаттвам, не говоря уже о том, что сутра пропагандирует идеал лесного монаха и, в целом, сравнивает достоинства монашеской жизни с жизнью мирян-домохозяев. Например, сутра с одобрением упоминает предполагаемую прошлую эпоху, когда буквально все покинули свои дома, чтобы принять религиозную жизнь, так что не осталось ни одного домохозяина.
Полемику сутры против коммерциализации культов реликвий, ступ и изображений можно сопоставить с другими сутрами, в которых подобные религиозные практики одобряются и пропагандируются. В случае религиозных практик, сосредоточенных на ступах (и, как следствие, на реликвиях), настоящую сутру можно сопоставить с «Авалокини сутрой» (Текст 195), а также со «Стихами о обходе святынь» (Caityapradakṣiṇagāthā, Текст 321). В случае религиозных практик, сосредоточенных на изображениях, её можно сопоставить с «Описанием преимуществ создания представлений Так-Ушедшего» (Tathāgatapratibimbapratiṣṭhānuśaṃsasaṃvarṇana, Текст 320).
Центральное место, отведенное Майтрее в этой сутре, означает, что ее плодотворно читать вместе с другими сутрами в Кангьюре, которые фигурируют или фокусируются на фигуре Майтреи: «Вопрос Майтреи» (Maitreyaparipṛcchā, текст 85) и «Вопрос Майтреи о восьми качествах» (Maitreyaparipṛcchādharmāṣṭa, текст 86), которые также находятся в разделе «Груды драгоценностей», а также «Вопрос Майтреи» (Maitreyaparipṛcchā, текст 149), «Выход Майтреи» (Maitreyaprasthāna, текст 198), и «Сутра о рождении Майтреи на Небесах Радости» (текст 199). Поскольку в настоящей сутре описывается, как Будда повелел Майтрее взять на себя ответственность за сохранение Дхармы в будущем, особый сравнительный интерес представляют «Выход Майтреи», в которой Будда описывает прошлую жизнь, в которой Майтрея впервые зародил бодхичитту, и «Сутра о рождении Майтреи на Небесах Радости», в которой Будда описывает рождение Майтреи на Небесах Радости, откуда он в конечном итоге спустится в этот мир, чтобы полностью пробудиться.
Хотя в данной сутре это не упоминается, присутствие Махакашьяпы и Майтреи, а также указание на то, кто возьмёт на себя ответственность за распространение Дхармы в далёком будущем, отсылает к древней традиции муласарвастивады, которая связывает эти две фигуры в контексте возможной преемственности Майтреи от Будды Шакьямуни. Согласно этой традиции, Будда Шакьямуни даровал своё одеяние Махакашьяпе, сменившему Будду на посту главы монашеской сангхи. В конце своей жизни Махакашьяпа, облачившись в одежду Будды, отправился на гору Куккутпаду, где и одежда, и его тело останутся нетленными до пришествия Майтреи, который отправится на гору и, в зависимости от источника, заберет тело Махакашьяпы в присутствии своих учеников или получит от него одежду Будды Шакьямуни.
Это первая публикация полного английского перевода «Великого львиного рыка Майтрейи» . Отдельные отрывки из второй половины сутры были переведены на французский язык Полем Демьевилем в 1930-х годах, а несколько других были недавно переведены на английский Эриком Цюрхером. Несколько отрывков, переведенных Шопеном, также стали для нас полезным источником информации.
Наш перевод основан на версии, найденной в «Деге Кангьюре». Мы сравнили её толкования с версиями, найденными в других Кангьюрах, включённых в «Сравнительное издание» (dpe bsdur ma), а также с версией, найденной в Кангьюре из дворца Сток.
