Анатхапиндика

Анатхапиндика — главный покровитель Будды

Анатхапиндика становится учеником

«Так я слышал. Однажды, когда Благословенный жил в Саваттхи, в Джетаване, в монастыре Анатхапиндики...» С этих слов начинаются многие сутты, и благодаря им имя великого мирского последователя Будды Анатхапиндики хорошо известно тем, кто знаком с буддийской литературой. «Анатхапиндика» дословно означает «Тот, кто делает пожертвования (pinda) неимущим (anatha)» — так почтительно называли домовладельца Судатту из города Саваттхи. Кем же он был? Как встретился с Буддой? Что связывало его с учением? Ответы на эти вопросы можно найти в многочисленных упоминаниях об Анатхапиндике в палийском каноне.

Анатхапиндика впервые встретился с Буддой вскоре после ретрита в сезон дождей, примерно через три года после того, как Учитель достиг пробуждения. На начальном этапе Будда еще не установил никаких правил касательно того, как должны жить монахи. Они жили, где хотели: в лесах, меж корней деревьев, под выступами скал, в оврагах, на кладбищах, под открытым небом. Однажды богатый торговец из Раджагахи, столицы царства Магадха, стал преданным мирским последователем Будды. Увидев, как живут монахи, он попросил их поговорить с Учителем и узнать, позволит ли тот построить для Сангхи постоянное жилище. Когда Будда дал согласие, торговец, желая накопить заслуги, тут же приступил к возведению шестидесяти жилых построек для монахов. Сооружение первого буддийского монастыря заложило основу для распространения Дхаммы, поскольку теперь у общины появился свой центр обучения.

У этого торговца был зять по имени Судатта — самый богатый купец в Саваттхи, известный всем как Анатхапиндика. Однажды, направившись по делам в соседнее царство Магадху, Анатхапиндика посетил Раджагаху. Как обычно, первым делом он пошел к шурину, с которым их связывала теплая дружба. Когда Анатхапиндика вошел в дом, к его изумлению, хозяева не обратили на него никакого внимания. Раньше шурин всегда окружал его заботой, а семья оказывала самый радушный прием. Но в тот день все увлеченно занимались какими-то сложными приготовлениями. Анатхапиндика спросил своего погруженного в хлопоты родственника, что все это значит:
— Свадьба? Большое жертвоприношение? Визит царя?
Но шурин сказал:
— Завтра здесь будет Пробужденный с общиной монахов. Я пригласил их на трапезу.
Анатхапиндика весь обратился в слух:
— Ты сказал «Пробужденный»?
— Именно так, — подтвердил шурин. — Завтра сюда придет Пробужденный. Анатхапиндика переспросил и во второй раз, и в третий:
— Ты сказал «Пробужденный»?
Снова получив утвердительный ответ, Анатхапиндика с облегчением произнес:
— «Пробужденный» — даже слово это редко удается услышать в нашем мире. Неужели его можно увидеть?
Шурин ответил:
— Сегодня неподходящее время, но завтра утром можешь увидеть его.

Той ночью Анатхапиндика лег спать, обуреваемый самыми разными мыслями и чувствами. Он трижды просыпался, думая, что наступило утро, — так сильно он жаждал встречи с Пробужденным. Наконец еще до рассвета он встал и вышел из города по направлению к монастырю. Однако во тьме его обуял страх, сердце охватили сомнения и нерешительность — все мирские инстинкты велели ему повернуть вспять. Но невидимый дух по имени Шивака стал побуждать его продолжить путь:

Сто тысяч слонов,

Сто тысяч лошадей,

Сто тысяч повозок, запряженных мулами,

Сто тысяч дев в украшениях

Не стоят и шестнадцатой шага вперед.

Ступай же, домовладелец!

Иди, не отступай!

Остаток ночи Анатхапиндика решительно шел навстречу своей судьбе. Через какое-то время в предрассветном тумане он увидел силуэт человека, который бесшумно и величественно ходил вперед и назад. Анатхапиндика остановился. Незнакомец позвал его неописуемо мелодичным голосом: «Подойди, Судатта!» Анатхапиндика сильно удивился, поскольку в тех краях никто не обращался к нему по имени, данному при рождении: всем он был известен как Анатхапиндика. Более того, он не был знаком с Буддой и пришел неожиданно. Теперь Анатхапиндика был уверен, что перед ним Пробужденный. Ошеломленный значимостью этой встречи, он упал к ногам Учителя и запинаясь спросил: «Хорошо ли спал Благословенный?» В ответ на этот знак вежливости Будда дал Анатхапиндике увидеть проблеск подлинного состояния — состояния пробуждения:

Воистину, всегда хорошо спит он —

Брахман, утоливший жажду,

Не привязанный к чувственным удовольствиям,

Со спокойным сердцем, свободный от приобретений.

Устранивший вес привязанности,

Преодолевший беспокойство,

Воистину, хорошо спит этот спокойный брахман,

Ведь он обрел покой ума.

Затем Пробужденный шаг за шагом стал объяснять Анатхапиндике Учение: он говорил о жертвовании, о добродетели, о небесах, об опасностях на пути и о тщеславии, о скверне чувственных удовольствий и о пользе отречения. Когда Благословенный увидел, что домовладелец Анатхапиндика готов и сердцем, и умом, податлив, свободен от предрассудков, возвышен и умиротворен, он открыл ему Учение, которым владеют только Пробужденные: благородную истину о страдании, его причине, о прекращении страдания и о пути, ведущем к освобождению. Услышав эти слова, Анатхапиндика обрел чистое, ничем не замутненное око истины (dbammacakkhu): «Все, что возникает, однажды должно исчезнуть».

Анатхапиндика постиг суть Учения, превзошел сомнения и обрел непоколебимую уверенность — теперь в духовном смысле он мог опираться на самого себя. Он заглянул за грань обусловленного и прикоснулся к вечности. Затем Анатхапиндика пригласил Благословенного на завтрашний обед. Будда согласился.

После трапезы Анатхапиндика спросил Пробужденного, можно ли ему построить монастырь для Сангхи в своем родном Саваттхи. Будда ответил:
— Пробужденные любят спокойные места.
— Я понял, Учитель, я все понял, — ответил Анатхапиндика, которого переполняла радость от того, что его предложение принято.

По пути в Саваттхи Анатхапиндика побуждал встречавшихся ему местных жителей отдать дань уважения Будде. Прибыв в родной город, он тут же стал искать подходящее место для монастыря: не слишком близкое к городу, но и не слишком отдаленное; малолюдное днем и тихое ночью; доступное для верующих, но в то же время удобное для тех, кто склонен к уединению. В конце концов среди холмов, окружавших город, он нашел красивый перелесок, идеально подходивший для его целей. Это была Джетавана — роща Джеты, участок земли, принадлежавший царевичу Джете, сыну царя Пасенади. Анатхапиндика посетил дворец царевича Джеты и поинтересовался, продается ли этот лес.
Царевич ответил, что не продаст его даже за его цену — восемнадцать миллионов золотых.
«Я готов заплатить эту сумму прямо сейчас», — сказал Анатхапиндика, но царевич отказался торговаться, поэтому они отправились к третейскому судье. Тот постановил, что выкупная цена должна равняться такому количеству золотых монет (в пределах восемнадцати миллионов), которыми можно устлать всю рощу, если положить монеты одна к другой. На этих условиях и составили договор купли-продажи.

Анатхапиндика прислал множество повозок с золотом и велел выложить монетами всю землю. В конце концов непокрытым остался лишь маленький участок у самого въезда.

Анатхапиндика велел доставить еще золота, но царевич Джета объявил, что сам воздвигнет на этом месте ворота и башню. Эта величественная крепость и ворота позже стали охранять монастырь от внешнего мира, защищать от дорожного шума и символизировать границу между священным и мирским. Анатхапиндика потратил еще восемнадцать миллионов на возведение зданий и отделку помещений. Он построил отдельные кельи для монахов, зал для собраний, трапезную, хранилища, уборные, вырыл колодцы и лотосовые пруды для купания, проложил дорожки, а также обнес периметр мощной стеной. Так простой перелесок преобразился в монастырь, религиозную святыню, стоявшую особняком от окружающего мира. Чтобы воздать должное обеим сторонам, участвовавшим в строительстве, тексты всегда называют это святое место двояко: «роща Джеты» и «монастырь Анатхапиндики».

Когда все приготовления были закончены, Будда и монахи прибыли в Саваттхи, чтобы разместиться в новом монастыре. Анатхапиндика пригласил их принять подношение еды, после которого спросил Будду:
— Как мне завершить начатое и пожертвовать Джетавану?
— Можешь посвятить этот дар Сангхе четырех сторон света, нынешней и грядущей.

Так Анатхапиндика и сделал. Будда выразил свое одобрение в следующих стихах:

Они защищают от холода и жары,

Ограждают от хищных зверей, ползучих гадов и насекомых,

Оберегают от влаги в сезон дождей.

Когда поднимается страшный горячий ветер,

Он разбивается о стены.

Жилище, где можно медитировать

И обрести прозрение в тиши,

Пробужденный назвал

Лучшим даром общине.

Так, мудрый человек, стремящийся к благу,

Должен строить жилища для тех,

Кто хорошо обучен.

Следует подносить еду, напитки, одеяния и кров

Тем, кто усерден и чей ум очищен.

Тогда они обучат его Дхамме,

Побеждающей все невзгоды.

Познав Дхамму, он разрушит все омрачения

И достигнет нирваны.

Монахи получили подношение пищи, а вслед за этим состоялось пышное празднество для мирян, в ходе которого каждый получил подарок. Все это обошлось Анатхапиндике еще в восемнадцать миллионов. Таким образом, в общей сложности он потратил на строительство монастыря пятьдесят четыре миллиона. Поэтому Будда назвал его главным покровителем Сангхи.

Щедрый благотворитель

Построив монастырь, Анатхапиндика усердно служил пребывавшим там членам Сангхи. Он обеспечивал бхиккху всем необходимым. Утром он посылал в монастырь рисовую кашу, а вечером снабжал монахов необходимой одеждой, чашами для подаяний и лекарствами. Ремонтом и уходом за сооружениями в Джетаване занимались слуги Анатхапиндики. Более того, каждый день несколько сотен монахов приходили к нему в дом, чтобы получить дополуденное подношение пищи. Каждый день семиэтажный особняк Анатхапиндики наполнялся шафрановыми одеяниями и вибрациями святости.

Узнав о щедрости Анатхапиндики, царь Пасенади, желая не отставать от своего подданного, сам стал совершать ежедневные пожертвования пятистам монахам. Однажды, собираясь побеседовать с монахами, он узнал от своих слуг, что бхиккху берут поднесенную им пищу и отдают ее своим благотворителям в городе, которые затем возвращают ту же самую пищу в качестве пожертвования. Царь был заинтригован, ведь во дворце монахов угощали самыми изысканными блюдами.

Он спросил Будду, почему его ученики так поступают. И Будда объяснил царю, что служители во дворце раздают еду без всякого чувства, просто лишь следуя указаниям, словно вычищают амбар или ведут грабителя в суд. У них нет ни веры, ни любви к монахам.

Многие из них и вовсе считают монахов иждивенцами, живущими за счет тех, кто зарабатывает на жизнь своим трудом. Когда что-либо предлагается с таким настроем, человек не в состоянии принять дар с легким сердцем, даже если речь идет о самой вкусной пище. Верующие миряне из города, подобные Анатхапиндике и Висакхе, напротив, радушно принимают монахов и считают их духовными друзьями, которые живут ради блага и процветания всех существ. Скромный обед, приготовленный другом, гораздо ценнее самой роскошной трапезы, что подается без должного настроя. Чтобы запечатлеть эту мысль в сознании царя, Будда прочел следующий стих:

Блюдо может быть безвкусным или аппетитным,

Трапеза может быть скромной или обильной,

Но если подношение совершается рукой друга,

Пища становится восхитительной.

Анатхапиндика и Висакха были не просто главными благотворителями в Саваттхи: они часто приходили на помощь общине, когда возникала необходимость организовать что-то среди мирян. Но даже богатство Анатхапиндики было не безгранично. Однажды сокровища стоимостью в восемнадцать миллионов смыло сильным паводком и унесло в море. Примерно такую же сумму Анатхапиндика одолжил своим деловым партнерам. Они не спешили возвращать долг, а домовладелец не настаивал. Поскольку изначально Анатхапиндика располагал состоянием, равным примерно восьмидесяти миллионам, а три пятых этой суммы он уже потратил на строительство монастыря, его богатство иссякло. Миллионер Анатхапиндика обеднел. И все же, несмотря на трудности, он продолжал жертвовать монахам еду, пусть теперь это была лишь жидкая рисовая каша.

В то время над входом в семиэтажный дворец Анатхапиндики жил один дух. Когда Будда или кто-то из его святых учеников входит в дом, дух, согласно законам своего мира, должен спуститься и выразить свое почтение. Все это, однако, доставляло ему большие неудобства, и дух попытался сделать так, чтобы монахи больше не приходили. Сначала он появился перед слугой торговца и стал убеждать его прекратить подношения монахам, но слуга не обратил на него никакого внимания. Тогда дух попытался настроить против монахов сына Анатхапиндики — и вновь потерпел неудачу. Наконец, окруженный неземным сиянием, он явился перед самим Анатхапиндикой и попытался убедить его, что теперь тот слишком беден и не имеет сокровищ, чтобы делать подношения. Великий благотворитель ответил, что ему известны только три драгоценности: Будда, Дхамма и Сангха. Он сказал, что намерен заботиться об этих сокровищах, и велел духу покинуть его дом, поскольку в нем нет места врагам Будды.

И вновь, согласно законам своего мира, дух был вынужден покинуть дом. Он отправился к божеству — защитнику города Саваттхи и попросил выделить ему другое жилище. Бог- защитник велел ему обратиться в более высокую инстанцию — к четырем божественным правителям, которые вместе управляли первыми небесами. Но и они были не в силах решить эту проблему и направили бездомного скитальца к Шакре — царю богов.

Тем временем дух осознал свою ошибку и стал просить Шакру, чтобы тот поручился за него. Но Шакра потребовал, чтобы дух помог Анатхапиндике вернуть утраченное богатство и тем самым искупил свою вину. Сначала духу предстояло достать со дна морского утонувшее золото, затем — извлечь из-под земли не принадлежавшее никому сокровище и, наконец, убедить должников Анатхапиндики вернуть старые долги. С большим трудом дух выполнил все эти дела. Помимо всего прочего, ему пришлось проникнуть в сны деловых партнеров Анатхапиндики и потребовать уплаты долга. В скором времени Анатхапиндика вновь стал обладателем состояния в пятьдесят четыре миллиона золотых и смог проявлять прежнюю щедрость.

Затем дух предстал перед Буддой и попросил простить его злонамеренность. Будда даровал ему прощение, и после того как Пробужденный объяснил ему Дхамму, дух стал его учеником. Будда сказал ему, что человека, стремящегося к совершенству в жертвовании, ничто на свете не заставит свернуть с выбранного пути: ни духи, ни боги, ни демоны, ни страх смерти.

После того как Анатхапиндика вновь обрел свое богатство, один брахман, завидуя его удачливости, решил украсть то, что, по его мнению, привело торговца к процветанию. Он захотел похитить воплощение Сири — богини удачи, надеясь, что тогда фортуна отвернется от Анатхапиндики и покорится его воле. Эта странная логика опиралась на представление о том, что так называемые подарки судьбы, которые в действительности являются вознаграждением за совершенное прежде добро, суть милость богов, живущих в доме их получателя: дескать, именно боги отвечают за удачу в делах своего господина.

Брахман отправился в дом Анатхапиндики и стал осматривать его жилище в поисках богини удачи. Как и многие индийцы в те дни, он обладал способностью к ясновидению и разглядел, что Удача поселилась в белом петухе, которого держали в золотой клетке. Он попросил хозяина дома отдать ему петуха, чтобы тот будил по утрам учеников. Анатхапиндика, известный своей щедростью, без колебаний выполнил просьбу гостя. Но в тот же миг Удача перебралась в драгоценный камень. Брахман попросил в подарок и его. Анатхапиндика согласился. Однако дух переместился в посох — оружие, используемое для самозащиты. Стоило брахману выпросить и эту вещь, как проявление Сири обосновалось на голове Пунналаккханы, жены Анатхапиндики, которая воистину была добрым духом этого дома и находилась под защитой богов. Увидев это, брахман в ужасе отшатнулся: «Я не могу попросить у него жену!» Он признался в своих дурных намерениях, вернул подарки и с чувством глубокого стыда покинул дом.

Анатхапиндика отправился к Пробужденному и рассказал ему об этом странном случае, который был ему не до конца понятен. Будда объяснил ему, что этот мир меняется силой накопленных добродетельных поступков и те, кто обладает правильным пониманием, обретенным благодаря очищению сознания, могут достичь всего — и обычного богатства, и даже нирваны.

Анатхапиндика приходил к Будде каждый раз, когда тот останавливался в Саваттхи. Но в отсутствие Учителя он чувствовал себя обделенным, поскольку лишался видимого объекта для поклонения. Поэтому в один прекрасный день Анатхапиндика сказал Ананде, что хочет построить святилище. Когда Ананда передал эти слова Пробужденному, Будда объяснил, что есть три типа святынь: телесные, памятные и символические. К первому типу относятся реликвии, которые остаются от тела Будды после его ухода в паринирвану и которые помещают в ступу; ко второму — предметы, которые имеют отношение к Пробужденному и использовались им, например чаша для подаяния; а к третьему — видимые символы. Из этих трех разновидностей святынь первая недоступна, пока Благословенный жив. Третья же не подходит тем, кому недостаточно одного лишь изображения или символа. Остается только вторая. Дерево Бодхи из Урувелы казалось самой подходящей из тех реликвий, что хранят память о Благословенном. Под ним он нашел дверь в бессмертие, и оно же укрывало его в первые недели после просветления. Поэтому было решено посадить маленький отросток этого дерева в Саваттхи. Махамоггалана принес побег первоначального дерева, и его должны были укоренить у ворот Джетаваны в присутствии царских придворных и самых выдающихся монахов и мирян. Ананда передал росток царю, чтобы тот исполнил церемониальную часть.

Но царь Пасенади с благородной скромностью ответил, что в этой жизни он лишь наместник, исполняющий роль царя. Будет гораздо уместнее, если кто-то, обладающий более тесной связью с Учением, освятит дерево. С этими словами он передал росток стоявшему рядом Анатхапиндике.

Дерево Бодхи росло и вскоре стало объектом поклонения для всех верующих мирян. По просьбе Ананды Будда провел под ним ночь, освятив его еще раз. Анатхапиндика часто приходил сюда: воспоминания, связанные с этим деревом, и воодушевление, которое он испытывал под его сенью, помогали ему концентрироваться на Благословенном.

Семья Анатхапиндики

Анатхапиндика был счастлив в браке. Его жена Пунналаккхана, что значит «отмеченная заслугой», носила это имя не случайно: подобно доброму духу своего дома она заботилась о слугах и монахах, приходивших каждый полдень. Она была так же предана Дхамме, как и ее брат — один из первых мирских последователей Будды. У Анатхапиндики было четверо детей: три дочери и сын. Две дочери, Большая Субхадда и Маленькая Субхадда, были пропитаны Дхаммой так же, как и отец, и достигли ступени вошедшего в поток. Дочери походили на отца не только в духовных делах, но и в мирских: обе создали счастливые семьи. Но младшая дочь Сумана превзошла всех своих родных, поскольку обладала глубокой мудростью. Услышав проповедь Будды, она вмиг достигла второй ступени святости и стала однажды возвращающейся. Она не вышла замуж — но не потому, что отрешилась от мирского. В действительности, когда она увидела, как счастливы ее сестры в новых семьях, ей стало грустно и одиноко. Духовных сил Суманы не хватило на то, чтобы выйти из этого подавленного состояния. К глубокой скорби семьи, она стала увядать: отказавшись принимать пищу, Сумана вскоре умерла от истощения. Она переродилась на небесах Тушита — в одной из самых высоких божественных сфер мира страстей. Там ей предстояло очиститься от оставшейся привязанности к людям — от последнего желания, направленного вовне.

Единственный сын Анатхапиндики, Кала Темный, поначалу был источником напряжения в доме отца. Он не хотел и слышать о Дхамме и с головой ушел в светские дела. Как-то раз отец убедил его принять обеты святого дня (упосатха), предложив ему тысячу монет золотом. Кала принял это предложение и вскоре почувствовал, как приятно отвлечься от дел и провести один день в неделю со своей семьей. В кругу родных даже воздержание от пищи было ему не в тягость. Тогда отец вновь предложил ему тысячу золотых, если тот отправится в монастырь и запомнит один стих о Дхамме, произнесенный Учителем. Кала с радостью согласился, и это стало поворотным моментом в его жизни. Каждый раз, когда Кала выучивал стих, по воле Будды происходило так, что он неправильно понимал его смысл и ему приходилось слушать Дхамму вновь и вновь с неусыпным вниманием. Пытаясь постичь смысл сказанного, Кала вдруг ощутил мощный прилив вдохновения и стал вошедшим в поток. Это существенно обогатило повседневную жизнь Калы (как и в случае с его отцом), и он стал одним из главных покровителей Сангхи, известным как Малый Анатхапиндика.

Кала был женат на Суджате — сестре Висакхи, выдающейся мирской последовательницы Будды. Суджата очень гордилась своей родословной и богатством обеих семей. Поскольку ее ум неустанно вращался вокруг этих пустяков, внутри она испытывала пустоту и неудовлетворенность, была раздражительна и срывалась на других. Она грубо обращалась с людьми, била слуг и сеяла страх и ужас везде, где бы ни появилась. Суджата не соблюдала правила приличия даже по отношению к своему супругу и его родителям, чему придается особое значение в индийском обществе.

Однажды после подношения пищи Будда читал проповедь в доме Анатхапиндики, как вдруг из соседней комнаты послышались громкие крики и вопли. Учитель прервал лекцию и спросил Анатхапиндику, в чем причина этой суматохи, напоминающей сходку рыбаков.

Домовладелец ответил, что, должно быть, его невестка ругает слуг. Эта сварливая женщина, говорил он, не почитает ни мужа, ни его родителей, не совершает пожертвований, не имеет веры и постоянно устраивает ссоры. И тут случилось нечто необычное: Будда попросил позвать ее. Когда она предстала перед ним, Благословенный спросил ее, к какому из семи типов жен она хотела бы принадлежать.

Суджата ответила, что не понимает, о чем речь, и попросила разъяснения. Пробужденный прочел стих, в котором описал семь типов жен:

С умом, охваченным ненавистью, холодная и бессердечная,

Вожделеющая других мужчин, презирающая мужа,

Мечтающая убить приведшего ее в свой дом —

Это жена-убийца.

Когда муж наживает богатство

Ремеслом, торговлей или трудом на земле,

Она хочет урвать кусок для себя —

Это жена-воровка.

Ленивая, ненасытная, склонная к безделью,

Грубая, вспыльчивая, несдержанная в словах,

Такая женщина изводит собственного кормильца —

Это жена-тиран.

Всегда услужливая и добрая,

Она заботится о муже, как мать о родном сыне,

И оберегает нажитое им состояние —

Это жена-мать.

Она высоко чтит своего мужа,

Как сестра — старшего брата,

И покорно следует его воле —

Это жена-сестра.

Она радуется при виде мужа,

Приветствуя его, как доброго друга,

Хорошо воспитанная, добродетельная, верная —

Это жена-друг.

Свободная от гнева, она опасается наказания

И терпеливо мирится с поведением мужа.

Не испытывая ненависти,

Она покорно подчиняется его воле —

Это жена-слуга.

Три типа жен — жена-убийца,

Жена-воровка и жена-тиран —

С распадом тела

Переродятся в глубоких адах.

Но те жены, что подобны матери, сестре, другу и слуге,

Стойкие в своей добродетели,

Укротившие себя,

С распадом тела отправятся на небеса.

Затем Благословенный произнес: «Таковы, Суджата, семь типов жен, которые бывают у мужчин. К какому из них относишься ты?» Глубоко тронутая словами Будды, Суджата ответила, что впредь постарается быть для своего мужа женой-слугой. Благодаря наставлению Пробужденного она поняла, как должна вести себя жена. Впоследствии она стала преданной ученицей Будды, которому была навеки благодарна за свое спасение.

Новость о перемене, произошедшей с Суджатой, быстро разлетелась по городу. Однажды вечером Будда пришел в зал для проповедей и спросил монахов, о чем они беседуют. Те ответили, что обсуждают «чудо Дхаммы», которое явил Пробужденный, превратив «домашнего дракона» в очаровательную жену. Будда сказал им, что он уже обуздывал эту женщину в одной из прошлых жизней. В то время она была матерью Бодхисаттвы, и он отучил ее бранить окружающих и помыкать ими, указав на разницу между каркающей вороной и сладкоголосой певчей птицей.

В суттах также встречается рассказ о племяннике Анатхапиндики. Он унаследовал состояние в сорок миллионов, но при этом вел разгульную жизнь, пил, играл в азартные игры, осыпал деньгами артистов, женщин и услужливых друзей. Когда его богатство иссякло, он обратился за помощью к своему богатому дяде. Анатхапиндика дал ему тысячу золотых монет и посоветовал направить их на открытие какого-либо дела. Но молодой человек вновь пустил все деньги по ветру и пришел к дяде во второй раз. Тогда Анатхапиндика дал ему в пять раз больше прежнего без единого условия, но уже в качестве отступных. Хотя Анатхапиндика и предупредил племянника, что помогает ему в последний раз, тот не бросил своих привычек. Попросив денег в третий раз, он получил лишь два комплекта одежды, но промотал и их. Набравшись наглости, молодой человек пришел в дом Анатхапиндики в четвертый раз. На этот раз ему указали на дверь. Если бы он просил милостыню как обычный нищий, а не требовал помощи на правах племянника, он не покинул бы дом Анатхапиндики с пустыми руками. Но молодой человек поступил иначе, потому что хотел не милостыни, а денег, которые можно прогулять.

Поскольку племянник был слишком ленив и упрям, чтобы работать, но при этом не хотел попрошайничать, его конец был ужасен. Его тело нашли у городской стены и сбросили в мусорную кучу. Узнав об этом, Анатхапиндика задался вопросом, мог ли он предотвратить эту печальную развязку. Он рассказал эту историю Будде, желая узнать, правильно ли он себя повел. Благословенный развеял опасения Анатхапиндики, объяснив, что его племянник принадлежал к той — по счастью, немногочисленной — категории ненасытных людей, которые подобны бездонной бочке. Он погиб из-за собственного безрассудства, и подобное уже случалось с ним в одной из прошлых жизней.